Игра престолов

Арья отступала, отбивая каждый удар.

— Выпад, — предупредил Сирио, и когда он шагнул вперед, она отступила в сторону, отвела от себя клинок и рубанула по плечу Фореля. То есть едва не прикоснулась к нему… Едва. Но близко было уже настолько, что Арья ухмыльнулась. Перед ее глазами прыгала влажная от пота прядь. Арья отбросила ее в сторону тыльной стороной ладони.

— Налево, — пропел Сирио. — Вниз. — Меч его метался, и в маленьком зале эхо отзывалось «стук, стук, стук». — Влево. Влево. Вверх. Влево. Вправо.

Деревянный клинок кольнул ее прямо в грудь, внезапный удар потряс ее тем более, что явился не с той стороны.

— Ох! — воскликнула она. Значит, появится свежий синяк, к тому времени, когда она заснет где-нибудь на корабле. «Синяк — это урок, — сказала себе Арья, — а каждый урок делает нас лучше».

Сирио отступил назад.

— Ты уже мертва.

Арья скорчила рожу.

— Ты сплутовал, — сказала она с жаром. — Ты сказал налево, а ударил справа.

— Так. Но ты теперь — мертвая девочка.

— Но ты же солгал!

— Это слова мои лгали. Но глаза и рука кричали тебе правду, а ты не заметила ее.

— Нет, — возразила Арья. — Я следила за тобой каждую секунду.

— Следить, девочка, это не значит видеть. Водяной плясун видит. Теперь клади меч, настало время слушать.

Она последовала за учителем к стене, он опустился на скамейку.

— Сирио Форель был первым мечом морского лорда Браавоса. И знаешь ли ты, как это случилось?

— Ты был самым сильным фехтовальщиком города?

— Именно так, но почему? Ведь другие были сильнее и моложе, но почему же Сирио Форель оказался лучшим? Теперь я скажу тебе.

Слушай меня, корабли Браавоса плавают повсюду, где дует ветер, к разным землям, удивительным странам, а когда они возвращаются, капитаны доставляют в зверинец морского лорда странных животных. Таких ты никогда не видала; полосатых лошадей, огромных пятнистых зверей с шеями длинными, как ходули, волосатых свиномышей, ростом с корову, жалящих мантикоров, тигров, которые вынашивают своих щенков в сумке, жутких двуногих ящеров с косами вместо когтей.

В тот день, о котором я говорю, Браавос погиб первым, и морской владыка послал за мной. Многие являлись к нему, и всех он отсылал, но никто не мог понять почему. Когда я явился пред его очи, владыка сидел, а на коленях его лежал жирный желтый кот.