Игра престолов

Толпа зрителей расступилась, открыв узкую дверь из чардрева между двумя мраморными колоннами, на белом дереве которой был вырезан полумесяц. Стоявшие рядом отступили, когда пара гвардейцев направилась к ней. Один из мужчин отодвинул тяжелый бронзовый запор, второй навалился на дверь. Синие плащи взметнулись с плеч, подхваченные внезапным порывом ветра, с воем ворвавшегося через открывшийся проем. За дверью зияла пустота ночного неба, усеянного холодными безразличными звездами.

— Вот оно, королевское правосудие, — проговорила Лиза Аррен.

— Лиза, по-моему, это неразумно, — проговорила Кейтилин Старк, пока черный ветер кружил по залу.

Сестра не обращала на нее внимания.

— Вы хотите суда, милорд Ланнистер? Очень хорошо, суд будет. Сын мой выслушает твои слова, и ты услышишь его приговор. Потом ты выйдешь отсюда… Этой дверью или другой…

Она довольна собой, подумал Тирион, тут нечему удивляться. Чем мог угрожать ей суд, когда приговор будет выносить ее слабак сын? Тирион поглядел на Лунную дверь.

— Благодарю вас, моя добрая леди, но я не вижу нужды беспокоить лорда Роберта, — вежливо сказал Тирион. — Боги знают, что я не виновен. Я приму их суждение, а не суд человека. Я требую суда поединком.

Буря внезапного хохота наполнила высокий зал Арренов. Лорд Нестор Ройс фыркнул, сир Уиллис хихикнул, сир Лин Корбрей хохотнул, остальные откинули назад головы и загоготали; слезы побежали по их лицам.

Водянистые глаза Лизы Аррен стали неуверенными. Он вывел ее из равновесия.

— Конечно, у тебя есть на это право.

Молодой рыцарь с зеленой гадюкой, вышитой на плаще, шагнул вперед и опустился на колено.

— Миледи, умоляю о чести защитить ваше дело.

— Эта честь должна принадлежать мне, — сказал старый лорд Хантер. — Ради той любви, которую я испытываю к вашему лорду-мужу, позвольте мне отомстить за его смерть.

— Мой отец верно служил лорду Джону управляющим Долины, — буркнул сир Альбар Ройс. — Позвольте мне услужить его сыну.

— Боги чтят человека, выступающего за справедливость, — отвечал сир Лин Корбрей. — Однако им нередко оказывается тот, кто лучше владеет мечом.