Я еще граф. Книга #8 (СИ)

И дату не смогу назвать. Однако мы его обязательно найдем. Но ты можешь умереть раньше.

— Михаил Кузнецов! Ты что, заговариваешь мне зубы? Я такого не потерплю! Не забывай, кто перед тобой, щенок! Говори прямо.

Эх, как же иногда сложно с этими королями и могущественными магами. Самовлюбленные зазнайки. Вот я точно не стану таким. Хах, шучу.

— Твое тело может просто сгореть, и я хочу, чтобы мы с тобой объединились, как с Посейдоном.

Вопреки моим ожиданиям, Валера призадумался.

— Ты можешь умереть, — выдал он.

— А моя душа может разорвать все твое внутреннее пространство…

— Хех, сомневаюсь, — улыбнулся я.

— Поверь, я знаю, о чем говорю…

— Валера, у меня есть парочка секретов, которые знают только мои союзники. Хочешь сказать, душа Посейдона слабее твоей? А угольки? Болванчик?

— Ха, Михаил, — он похлопал крыльями мне по затылку. — Ты так мало знаешь про души, я в шоке!

— У девчонок услышал?

— Ага. Вот только у Посейдона душа тягучая, он может ее разделять, поэтому тебя не порвало, хотя… Возможно, если он соберет душу воедино, она будет равна моей.

Про твоих аборигенов вообще не интересно. Куча мелких душ. А вот этот твой маленький человечек, — он махнул крылом на мое запястье, где отдыхал Болванчик. — У него вообще душа даже на одну десятую не восстановилась.

— О чем ты? — удивился я. Подобное я слышу впервые.

— Ну ты действительно баклажан, — вздохнул Валера. Так, надо бы ограничить ему общение кое с кем. — Он же конструктор, и форма у него далеко не полная.

Эта раса была одна из сильнейших очень, очень давно. Деталей, из которых он состоит, может быть бесконечное количество. И каждая часть души.

— И где сейчас эта раса? Мне бы не помешали новые детальки.

— Ты же нашел его в метеорите?

— Да.

— Тогда его мира уже нет. Как их уничтожили, я не знаю, все случилось до моего рождения. Но если он был в Дикой Зоне, то могу сказать точно. Его уничтожил тот, кто посылает метеориты.

— Вот как… — вздохнул я, вспоминая свой двор и разрушенный дом.

— Но могут быть и погрешности. Все же даже мне не удалось до конца узнать секрет этого явления. Но мы отошли от темы, Михаил. Я не могу объединиться с тобой.

— А что если я скажу, что Посейдон с целой душой вполне спокойно живет в моем хранилище?

Аргументов у меня не было, но сдаваться так легко я не собирался. Валера уже почти член семьи, и в беде я его не брошу.

— Невозможно, — отмахнулся Валера.

— Спроси при встрече.

— Хорошо.