Ярче солнца

Сахара не надо. Элли улыбнулась.

– Я тоже пью чай без сахара.

Чарлз сделал глоток и посмотрел на Элли поверх чашки. Она нервничала. Он не мог винить ее за это. Ситуация была неординарная, и Чарлзу оставалось лишь восхищаться тем, что Элли вела себя столь мужественно. Когда она выпила свой чай, Чарлз сказал:

– Между прочим, волосы у вас вовсе не рыжие. Элли поперхнулась.

– Как называют этот цвет? - Подняв руку, он щелкнул пальцами, как бы пытаясь вспомнить. - Таких обычно называют рыжеватой блондинкой. Хотя мне кажется, это название неточное.

– Они рыжие, - упрямо сказала Элли.

– Нет-нет, право же. Они…

– Рыжие.

Губы Чарлза сложились в ленивую улыбку.

– Хорошо. Рыжие, если вы так настаиваете.

Элли испытала непонятное разочарование от того, что он сдался. Ей всегда хотелось, чтобы ее волосы были какого-нибудь более экзотичного цвета, а не банально рыжие. Это был нежданный дар какого-то дальнего и забытого ирландского предка. И служило постоянным источником досады для ее отца, у которого портилось настроение при одной мысли о том, что в его родословную затесался католик.

Что касается Элли, то ей даже нравилось, что в ее генеалогическом древе притаился плутоватый католик. Ее всегда привлекало все экстраординарное - то, что способно нарушить монотонность и однообразие жизни. Она посмотрела на Биллингтона, вальяжно раскинувшегося в кресле напротив нее.

Этого человека, решила она, определенно можно назвать неординарным. Как и ситуацию, в которую она попала по его милости. Элли усмехнулась, подумав о том, что ей следовало бы быть потверже.

Элли откашлялась.

– Как я понимаю, мы обсуждали… - Она нахмурилась. Черт возьми, что они обсуждали?

– Ваши волосы, - проговорил Чарлз, растягивая слова. Элли почувствовала, что щеки ее становятся пунцовыми.

– Верно… Да… Гм… Чарлзу стало жаль девушку.

– Видимо, вы хотите рассказать мне, что подтолкнуло вас к тому, чтобы вернуться к моему предложению.

– Почему вы решили, что меня что-то подтолкнуло? - удивленно спросила она.

– В ваших глазах можно заметить отчаяние. Элли даже не стала делать вид, что шокирована подобным заявлением, поскольку он был абсолютно прав.

– Мой отец скоро вступает во второй брак, - сказала она, тяжело вздохнув. - Его невеста - ведьма. Уголки губ Чарлза дрогнули.