Ярче солнца

, и…

Тут голос Клер прервался, и она отвернула голову.

– И что, Клер? - мягко спросила Элли, уже догадываясь, что скажет девочка, но желая услышать это из ее уст. Более того, Элли полагала, что Клер самой требовалось высказаться.

– Я передвинула кастрюлю с джемом близко к огню, - шепотом сказала Клер. - Я не думала, что кто-нибудь из-за этого пострадает. Прошу вас, поверьте мне. Я только хотела, чтобы джем подгорел, вот и все… Только джем…

Элли судорожно сглотнула. Клер выглядела такой несчастной, измученной и потерянной, что ей захотелось успокоить девочку, хотя именно Клер была виновницей этой страшной боли.

– Я снова хочу пить. Не могла бы ты…

Ей не понадобилось заканчивать фразу, потому что Клер уже подносила чашку с тепловатым чаем к ее губам. Элли жадно сделала глоток, затем другой. От настойки опия у нее страшно пересохло в горле. Затем она вновь обратила взор на Клер и коротко спросила:

– Но почему?

– Я не могу этого сказать. Просто знайте, что я страшно сожалею обо всем.

– Клер, - негромко, но твердо заявила Элли. - Я готова принять твои извинения, поскольку верю в их искренность, но я вправе знать причину.

Клер зажмурила глаза:

– Я не хотела, чтобы вы понравились людям. Не хотела, чтобы вам понравилось здесь. Я хотела, чтобы вы ушли.

– Но почему?

– Я не могу об этом сказать! - разрыдалась девочка. - Не могу!

– Клер, ты должна мне сказать!

– Не могу! Это так стыдно!

– Все не так страшно, как ты думаешь, - мягко возразила Элли.

Клер закрыла лицо руками и пробормотала:

– Вы обещаете, что не скажете об этом Чарлзу?

– Клер, он мой муж. Мы поклялись…

– Вы должны пообещать мне!"

"Клер была на грани истерики. Элли сильно сомневалась, что секрет настолько ужасен, как полагала Клер, но она помнила, как переживают девочки в четырнадцать лет, поэтому сказала:

– Хорошо, Клер, обещаю тебе.

Не глядя Элли в лицо, девочка сказала:

– Я хотела, чтобы он дождался меня.

– Я всегда хотела выйти за него замуж, - шепотом сказала Клер. - Он мой герой. Он спас нас шесть лет назад… Вы, должно быть, знаете об этом… Бедняжка мама ждала ребенка, а кредиторы забрали у нас все. Чарлз тогда едва знал нашу семью, однако он выплатил отцовские долги и взял нас к себе. И никогда не делал из нас бедных родственников.