Яма (СИ)

""Не слушай шепот тех, кто якобы в курсе! Верь сердцу, доверяй своим чувствам[1]"", — под кинолентой.

А ниже, в кармашке из зеленого картона, два концертных билета на ""Басту"".

— Я на самом деле нервничала, Сереж… Не знала, нормально ли то, что концерт только в январе… Но, подумала, билеты-то я подарю сейчас. Считается, как подарок? Тебе правда нравится?

— Правда, — поймал ее за руку. Глядя в глаза, сжал тонкие нежные пальцы. — Это лучший подарок, который я когда-либо получал.

После этих слов Ника буквально расцвела.

— Давай сделаем настоящее совместное фото.

Не успел ничего ответить, как она присела на краешек кровати между его ног и навела на них камеру телефона. По факту, какого-то интимного физического контакта между ними не случилось. Он сидел дальше, а она держала спину прямой, как струна.

— Готов?

Вздрогнула, когда Сергей подался вперед, прикасаясь грудью к ее спине, но продолжила улыбаться в камеру.

— Готов?

Для Града открылся прекрасный ракурс: ее пухлые розовые губы, тонкая шея, округлые полушария в вырезе футболки.

Зачастила вспышка.

— Сережа, посмотри в камеру.

Повернул лицо.

— Улыбнись.

Попробовал. Получилось. Ника же кривлялась и так, и эдак: прищуривалась, выпячивала губы, улыбалась, подмигивала, строила глазки, высовывала язык.

Сереге казалось, будто время, как в замедленной киносъемке, притормаживает. Словно бы вспышка его действительно на миллисекунды останавливала.

Грудная клетка же, напротив, выбиваясь из этих временных рамок, быстро и резко поднималась и опускалась.

Девочка-ангел, девочка-спесь,

Солнечный луч на темную тень.

Прорезь рассвета -

Распят маньяк.

Девочка-гвоздь, девочка-смерть.

Сорок седьмая…

Ты — сорок седьмая из моей ДНК[2].

Град так долго самому себе сопротивлялся, не желая писать о своей Плюшке. Это же так убого — сочинять стихи о девушке! Дай себе волю, дойдешь и до декламации!

Кузя — хорошая.

Но, нет.

Пока Ника продолжала позировать, уперся руками в черный джинс на своих бедрах. Отстранился, прерывая физический контакт.

Как вдруг она повернулась.

— Можно?

Поднял взгляд от губ девушки к ее глазам. Она указывала на его бейсболку.

— Можно мне? На пару кадров.

Никому не позволял такого панибратства, даже Карпу. Но это же Плюшка… Она, нахр*н, все перевернула.

Кивнул, давая разрешение.