Яма (СИ)

Это, ведь, должно было притушить жжение в груди.

""Откуда оно там только берется, черт побери?""

""Что происходить вообще?""

— Я буду всем рассказывать, что у нас с тобой было свидание, — сморозила мурзилка, практически переходя на бег, чтобы подстроиться под его широкие быстрые шаги.

Слишком аккуратно сморозила. Боялась, и все еще надеялась удрать.

Сделал две никотиновые тяги, прежде чем ей что-либо отвечать.

— Ты лучше молчи. Молчи, Кузя. Иначе наши ""свидания"" не закончатся до старости, — затянулся, выдохнул.

Не смотрел в ее сторону. Пытался успокоиться. С изумлением отметил, что произошло это только, когда почувствовал, как ее попустило.

Синхронно.

Продолжал ломать голову, как подобное возможно? To ли она к нему подключалась, то ли он к ней… Одно точно, ему не нравились эти ощущения.

Абсолютно.

Доминика чувствовала себя неловко. Все в здании глазели на ее мятые трикотажные шорты и растянутую розовую футболку. Но она держалась молодцом, с прямой спиной разглядывала афишу, пока Град покупал билеты.

От попкорна и колы отказалась. Продолжила молчать, пока не начался фильм.

— Ты специально это сделал?

— Что?

— Выбрал пошлятину?

— Давай, с этого момента ты перестаешь быть ребенком, — он буквально попросил ее об этом. — Фильм нормальный, затюканная ты. Возрастной ценз — шестнадцать плюс. Тебе — семнадцать, не двенадцать.

— Главный герой ""двигает"" всех подряд, — возразила Ника едва слышно.

— И что? Молодой, холостой чувак.

— Ты так думаешь, потому что ты ненормальный.

— А ты типа нормальная?

— Не знаю, — честно ответила после небольшой паузы.

Они переговаривались шепотом, но люди все равно стали на них оборачиваться. Однако Граду стало не до них. Он пялился на Нику, пытаясь понять, предлагает ли она ему решить этот вопрос?

— Между прочим, фильм заявлен, как мелодрама. Наверное, должно что-то случиться. Типа того, что вам, девчонкам, нравится до слез с соплями…

— Ты откуда знаешь, что нам нравится?

— Знаю.

Вскоре у главного героя, и правда, начались трудности. Он встретил девушку из своего прошлого и горел в огне адских мук, между попытками ее добиться. Нике вкатило, как Град и предполагал. В один ""особо острый"" момент заметил, как она смахивает со щек слезы.

— Фигня. Такое начало слили, — пробормотал на титрах, потягиваясь, чтобы размять затекшие мышцы.

А Кузя осталась довольной. Разулыбалась. Раскраснелась. Вприпрыжку понеслась к выходу.