Яма (СИ)

В тот момент не получалось сложить все чувства в слова. Как их вытащить, не разодрав себе глотку? Эта болючая груда без того распирала и жгла грудь. Куда ее еще наружу?

Смотрел на Доминику, словно околдованный. Впитывал в себя ее образ. Ее беззащитность, открытость, искренность и безумную тоску. Наполнялся ею.

— Я тебя сегодня когда увидела, внутри что-то взорвалось, — выдавая волнение, вцепилась пальцами в воротник его рубашки. Закрывая глаза, прижалась губами к подбородку. — Горячо так… Больно… Невыносимо! И хорошо, Се-рёжа… Так хорошо!

Его пальцы непреднамеренно с неоправданно силой стиснули платье на ее пояснице и слегка растянули ткань в противоположные стороны.

Приглушенный треск шерстяных ниток быстро смазал шумный и сиплый выдох Ники.

— Что же ты делаешь, маленькая? — в хрипоту его голоса просочилось слишком мало мягких ноток нежности, в нем преобладала грубая мужская сила, которая не настроена на откровенное проявление чувств.

И этот рычащий хрип вовсе не являлся тем, что могло бы Нику обесточить и успокоить.

Чувствовал, как она заволновалась еще сильнее. Подбираясь к пику напряжения, затряслась, прижимаясь к нему всем своим телом.

— Сейчас я буду падать, Серёжа… Ты лови… — прижалась губами к его шее, обожгла частым дыханием. — В этот раз ты должен меня поймать, слышишь? Пожалуйста, не дай мне снова разбиться. Мне так страшно. Так страшно… Поймай меня…

— Поймаю, — одно слово, которое стоило ему титанических усилий."

"Титанических, но посильных.

Хуже стало, когда Доминика, наконец, начала говорить. Когда она начала падать.

— Мне было плохо, Серёжа. Я без тебя не могу. Не знаю, как продержалась столько лет… Ты мне нужен. Без тебя сердце разрывается. Без тебя все неважно и неинтересно, — замерла, резко заглатывая воздух. Неосознанно царапнула его шею ногтями. Прижалась еще теске. И продолжила тем же убийственным рваным шепотом: — Я помню все-все, что с тобой связанно. Все! Что и когда именно ты мне говорил, как смотрел и прикасался… Я… Ты прав.

Я никогда тебя не забывала. Никогда, никогда, никогда, никогда… — оборвала этот эмоциональный поток, лишь когда воздух закончился. Снова шумно вдохнула. — Всегда твоею была. Всегда. Ты — единственный. Ты — мой. Навсегда.

После этих слов сжал ее с такой силой… Думал, переломит.

Выдохнул.

Вдохнул. Выдохнул.

Вдохнул.

Запирая весь огонь внутри своей груди, медленно расслабил руки. Обнял ее максимально осторожно, но все же ощутимо крепко.