Яблоко Монте-Кристо

Думаю, вы хотите поговорить с Зиночкой. Я, пока вы беседуете, документы принесу!

Не ожидая ничего плохого, я, машинально сказав: «Да, да, конечно», сел на жесткое, обитое потертым бархатом сиденье, глянул перед собой и вздрогнул. Стул, заботливо предложенный гостю хозяйкой, стоял впритык к кровати, на которой комом топорщилось смятое одеяло.

Сначала мне показалось, что койка пуста, но потом я различил на подушке маленькую голову и сказал:

– Здравствуйте.

Ответа не последовало.

– Разрешите представиться: Иван Павлович Подушкин.

Вновь тишина.

– Ответственный секретарь общества «Милосердие».

– Ф-ф-ф, – донеслось с кровати.

– Вы Зинаида Ефимовна?

– Ф-ф-ф, – снова вздохнула женщина.

– Работаете в школе завучем?

– М-м-м.

– Вы заболели.

– Ф-ф-ф.

– Лучше я приду через пару дней, когда вы начнете поправляться, – растерянно продолжил я, испытывая настоящий ужас.

– О-о-о.

– Всего вам доброго и здоровья.

– Ф-ф-ф.

Я беспомощно оглянулся. Просто так встать и уйти показалось мне крайне неприличным, но и находиться около женщины, которая не способна выдавить из себя ни одного членораздельного звука, совершенно зряшное занятие.

– Ну как, поболтали? – весело воскликнула Серафима, вбегая назад.

– Нет, – излишне резко ответил я, – Зинаида Ефимовна не может поддерживать диалог.

– Что вы, я великолепно ее понимаю!

– А-а-а…

– Вот, она хочет воды!

– М-м-м!

– Впрочем, нет! Тебя посадить?

– О-о-о.

– Не сердись, Зинулечка! Лежи, лежи, – зачастила Серафима Сергеевна.

– Что случилось с вашей родственницей? – спросил я.

"– Мы с Зиночкой двоюродные сестры, – уточнила невесть зачем Серафима, – ее инсульт расшиб. Совсем неудивительно, все из-за этой мерзавки! Вот, смотрите, здесь история болезни, назначения. Поймите меня правильно, я вовсе не хочу избавиться от Зиночки, просто очень устала, да и с деньгами плохо. Я все подробно изложила в своем прошении: нам нужны памперсы, лекарства и сиделка! Всего на пару часов в неделю, тогда я смогу немного подработать. Мне придется самой бегать по ученикам, Зину раздражает звук рояля.

Серафима Сергеевна говорила быстро, и уже через пару минут я очень хорошо разобрался в ситуации.

Серафима всю жизнь провела в одной квартире с двоюродной сестрой. Женщин связывала крепкая дружба, поэтому, когда с Зиной случился удар, Серафима сама взялась ухаживать за родственницей. Вначале все было ничего, Зинаида могла сидеть в кресле, а Сима спокойно уходила по делам. Особых материальных затруднений не было.