Я землянка (СИ)

Грунта на нижних полках было завались. Я еще раз порадовалась такой запасливости мужчин и тому, что пакеты были не очень большие. Я вполне могла справится одна. Не хотелось мне сейчас нарушать свою гармонию присутствием какого-либо смущающего фактора. А они смущали и очень сильно…

Снова сон этот дурацкий вспомнила. Потом глаза Корда когда он мои пальцы гладил за завтраком. Уфф… Стоп, Мира. Прекрати уже! Только ведь успокоилась…

Кот заинтересованно приподнял голову. Мявкнул требовательно и перекатился на спину, подставляя вверх пушистое брюхо.

Я со вздохом подошла к нему и присела на корточки. Лис мявкнул более требовательно и сощурил свои наглющие глаза.

— Ладно, ладно…Вот допрыгаешься у меня и отправлю тебя куда-нибудь или на Искре оставлю, — проворчала я, почесывая его мех.

Лис фыркнул и сильнее выгнул спину. Внутри него затарахтело.

Я гладила кота и постепенно успокаивалась сама. Сейчас все закончу. Посажу. Вот они удивятся потом когда тут все разрастется. Еще спасибо мне скажут.

Воодушевленная этой идеей, я вытащила один из мешков с грунтом и вскрыла упаковку. Только схватилась за пакет, чтобы высыпать его в поддон, как из него полезло что-то черное и мелкое. Множество черненьких мелких паучков.

Мама!

Я завизжала ультразвуком, отбросила злосчастный мешок подальше и торопливо принялась стряхивать с себя противных насекомых.

Да еще и Лис резко подскочил, выгнул спину, распушил хвост и тоже завыл сиреной, когда на него хлынула шевелящаяся волна.

Боже! Они и ко мне снова ползут! Прямо на меня!

Я завизжала еще громче и рванула к выходу. На полдороги врезалась в кого-то большого, перепуганной обезьяной взлетела вверх и повисла на чьей-то шее, не переставая верещать от ужаса.

Совершенно разум теряю от страха. А тут их еще так много. Это что там в мешке за чудовище такое сидело, что столько тварей наплодило?

— Мира! Мира! Да успокойся уже! — меня встряхнули чьи-то сильные руки.

И только тогда я смогла сконцентрировать взгляд на лице своего спасителя.

Ой. Арс. А что он тут делает? Вижу как медленно шевелятся его губы.

— Мира, успокойся.