Я твой монстр

Но только почти… У меня имелся слишком существенный счет к данному индивиду для того, чтобы позволить ему умереть спокойно.

– Не…

Начала было, когда Адзауро обеими руками взялся за рукоять катаны.

– Что вы… – наполненное ужасом, когда он разместил острие орудия напротив своего живота.

И… и что-то мне подсказывало, что он бы не решился, попытался избежать страшной участи, но исаку Толла… Едва заметный удар, непроизвольный рефлекс, и Адзауро-старший вогнал в себя оружие.

Замер, хрипя и в ужасе глядя на содеянное, и даже не понял, как завершил начатое после еще одного крайне умелого удара асина.

– Не-е-ет! – закричала я. – Что вы делаете?! Остановитесь!

Сама я, естественно, останавливаться не стала – увернувшись от руки пытавшегося перехватить меня императора, я оббежала стол, подбежала к бьющемуся в агонии Адзауро, вскрикнула, «испугавшись» натекающей лужи крови, и, пользуясь тем, что моего лица сейчас никто не видит, очень тихо сказала:

– Привет от Исинхая, гнида.

Адзауро, и так сотрясающийся в конвульсиях, с ужасом понимания всего произошедшего уставился на меня… Его рот отвратительно искривился, с губ закапала слюна вперемешку с кровью, а потом Иничи Адзауро завалился на бок, все еще пытаясь сказать хоть что-то.

Но мне хватило одного короткого взгляда шиноби клана Синар, чтобы понять – старик не заговорит уже никогда.

– Маари! – Появление императора было неожиданностью, как и то, что он, притянув меня к себе, развернул, закрывая мне весь обзор на подыхающего Адзауро.

К сожалению, вид смерти врага был гораздо более приятным зрелищем, чем полный ненависти взгляд Чи… Мне казалось, из его глаз на меня смотрит космическая черная дыра, обладающая такой силой, что с легкостью способна уничтожать планеты, звезды, целые галактики…

В этом зале лишь двое знали правду – я и он. И мне хотелось бы отвернуться, просто не видеть, как сильно Акихиро стиснул зубы. Насколько все его тело сейчас напоминало натянутую звенящую струну.

Самое грустное во всем этом было то, что он имел право на ненависть.

Я знала, что унизила его. Унизила дважды. Первый раз – демонстративно выбрав императора и второй – высказав насмешливое: «Представьте себе одного маленького худенького изголодавшегося Чи и несколько сотен шиноби Синар! Это же смешно!».

Смешно не было, было унизительно.