Я тебя не помню (СИ)

– Ты меня в чем-то подозреваешь что ли? – спрашивает Вяземский, а в глазах уже туман. – Давай потом поговорим, у меня стояк и мозг не варит.

Проходит несколько минут прежде, чем Вяземский прощается и утаскивает девушку наверх. Я с раздражением скидываю женскую руку со своих брюк и велю сидеть смирно.

– Что-то не так? – с обидой спрашивает девушка.

– Беги отсюда, девочка, – бросил, не глядя. – Сейчас здесь будут жестить.

Через несколько минут на телефон поступает звонок о готовности. Даю добро, хотя в груди все так жжет хреново.

Вскоре из клуба выводят народ. Охрану скручивают в первую очередь, это наводит шума, но Вяземский не слышит. Он занят своим стояком.

– Господин Багров, все готово, – доложили мне спустя время. – Его отвезут загород. Нужно пару дней, чтобы подготовить почву. Когда вы приедете, он будет готов рассказать абсолютно все.

Я кивнул. Значит, девку от него вывели и его самого одели.

– Живым только оставьте. Иначе со всех вас шкуру сниму.

Еще несколько дней я провел в Москве, ожидая, пока Вяземский начнет говорить. Мне он нужен был готовенький.

На душе было чертовски хреново. Но не более того дня, когда пропала Настя, поэтому на место иду решительным шагом и почти не морщусь, когда нахожу в подвале уже изрядно подбитого Вяземского.

– Какого черта?! – взревел тот, отхаркиваясь.

Почва была подготовлена, можно приступать. Несколько дней не прошли даром, лицо Вяземского было опухшим от ударов. Раскалывался долго, сказали.

– У меня были аналогичные мысли, когда понял, что на моем корабле завелась крыса.

– Ты, бля, о чем?!

Вяземскому на полу неудобно, но подняться он уже был не в силах. Он злится, но в глазах, сука, проскальзывает очевидный страх. На него вышли. Карты у меня на руках. Я медленно ступил к нему, присел и схватил за грудки.

– Она моя была. Только моя, блядь. И о ней знал только ты, ублюдок, – выплюнул я. – Кстати, можешь доложить Назару, что ребенок мой.

– Я тебя не понимаю… – ухмыльнулся Вяземский.

– Понимаешь. Все ты понимаешь, крыса.

Метнув взгляд на охрану в углу комнаты, Вяземский пытается рыпаться. И даже в процессе умудряется врезать мне в скулу, охрана кидается мне на помощь, но я стопорю их рукой."

"И с силой отшвыриваю Вяземского к стене.