Я тебя не помню (СИ)

Вобрав в себя воздух сквозь стиснутые зубы, Дан кончает следом и резко выходит из меня. Еще несколько минут стоит неподвижно, целуя меня в губы.

Внутри все сладко пульсирует. И немного – болезненно. Уверена, если Дан захочет еще, я буду бежать от него сломя ноги.

– Я не предохранялся. По привычке. Прости.

Коротко.

И без особого сожаления.

Дан всегда хотел много детей и в принципе не скрывал, что тянуть с этим не собирается.

– Не беспокойся, я предохраняюсь, – отвечаю ему сразу, как только могу.

Дан прищуривается.

Вспышка ревности. И куча вопросов. В перерывах он жадно меня целует, а теплая вода сглаживает возникший холодок.

– Я догадывалась, что ты повезешь меня к себе, – отвечаю ему спокойно.

Я слабо отвечаю ему на продолжительный поцелуй. На разговор, и правда, сил не остается. Дан своего добился. Из сладкого тумана выводит решительный голос:

– Позвони Азацкому, предупреди, что этой ночью домой не вернешься.

Хочу сказать, что не могу оставить Миру, но Дан в курсе, что перед своим уходом я вызвала няню.

Дан все знает.

– Хорошо…

– Умничка, – хвалит Данияр за послушность.

После ухода Данияра я снова берусь за мочалку, но в этот раз тру себя интенсивнее и быстрее, иначе после третьего раза я точно умру от истощения сил с непривычки.

Обмотавшись полотенцем, я нахожу на полке длинную белую футболку. Дан положил мне ее в качестве одежды для сна, рассчитывать на уход точно не приходилось.

Безумие.

Сдалась как девчонка! Или попыталась сохранить счастье как мудрая женщина.

Во время звонка я жутко нервничаю, но Владимир, на удивление, ни о чем не спрашивает. Только интересуется, все ли со мной хорошо. Я уверенно отвечаю, что да. Он спокоен и наверняка понимает, что я уехала с мужем добровольно.

Данияр лежал в кровати, читая книгу под лампой теплого света. Я медленно присоединяюсь к нему, рассматривая спортивное, но чуть исхудавшее тело.

– Теперь можно спрашивать?

Дан отрицательно качает головой и притягивает меня к себе.

– Хочу дочитать книгу. Полежи рядом.

Принимаю решение терпеливо подождать, хотя внутри распирали самые разные вопросы. Тело у Данияра прохладное, после горячего душа я сладко жмусь к нему и стараюсь не уснуть, хотя голодный желудок и не дает покоя.

– Ты голодна?

– Немного, – признаюсь.

Дан захлопывает книгу, молча поднимается и уходит из спальни.