Бывшие

Лизе тридцать два. Она и тогда уже была не двадцатилетней девочкой, но сейчас заматерела. Научилась кусаться. Сильно. И давать отпор словесно так, что скулы сводит. Не боится называть вещи своими именами и меня, как вздумается, тем более.

Заслужил. Бесспорно.

То, что произошло между нами сегодня, было аперитивом, а я хочу насладиться главным блюдом – с оттяжкой. Смаковать мою Лизу, пробовать, вспоминая вкус любимой женщины. Лишь раздразнила вкусовые рецепторы, заставляя истекать слюной и желать большего.

Пора домой, точнее, в квартиру, которая является моей на время пребывания в столице.

Лиана звонит. Какого хрена?

- Привет, Серёженька, - мурлычет в трубку, слишком сладко.

- Ты рядом со своим отцом, что ли? – Сразу понимаю, в чём причина столько милого голосочка.

- И не только. И твоим тоже.

- Ясно. Что хотела? – Перехожу к делу. Она может растекаться сколько угодно, меня не слышно.

- Ты в Москве. Твой отец сказал до самой нашей свадьбы, а я так скучаю, - искажает голос, подобно девочке лет пяти, которая только-только начала выговаривать букву «р», да и все остальные труднопроизносимые буквы, видимо, тоже.

Вот только этого мне не хватало. Развлекать Лиану я не намерен. Есть дела поважнее. То есть одно единственное дело – Лиза. Всё.

- Я понял, что тебя выталкивают в Москву оба наших родителя. Но! Ты здесь будешь не в тему. Времени на тебя у меня нет и не будет.

- Да, Серёженька.

- Отлично. Берёшь с собой подругу, прилетаешь в столицу. Я вам снимаю отменный пентхаус, и вы делаете, что вашей душе угодно, только меня не трогаете. Оплачиваю любые развлечения. Усекла?

- Конечно, дорогой! – Неужели мой отец не видит, насколько фальшива игра Лианы сейчас?

- Договорились. Покупаешь билет, сообщаешь время прилёта. Я встречу, отвезу в самый шикарный отель и каждый занят своей жизнью.

- Значит, до встречи, Серёженька!

- И прекрати меня так называть.

- Хорошо, дорогой, - Лиана хохочет в трубку.

Актриса из неё дерьмовая. Нужно сказать, что больше естественности срабатывает куда убедительнее. Лиана не дура, но, когда играет не свою роль, превращается в дегенератку.

Однозначно, десять лет разницы между нами – слишком много. Мы, будто из разных миров, на противоположных полюсах.