Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени (СИ)

Все остальные декорации сменялись молниеносно. А это значит что? Значит, кот — не декорация. Черт, неужели правда Морис?..

— Глорик, говоришь, за тобой пришёл, — пробормотала я задумчиво. — Хм…

Честно говоря, не знала, мог ли он пройти в чей-то сон на Водном Кордоне. Наверное, мог, если постараться. Я-то при засыпании мгновенно в ловушку эффундов попала, а сюда фамильяру хода нет. Но по чужим снам Глорик вполне мог пробежаться. Наверное…

— Ладно, допустим, ты мне не мерещишься. Хотя мне, честно, странно об этом думать… Но допустим.

— Н-да, я заметил, — нервно дернул хвостом кот, внимательно разглядывая меня. — Что произошло? Ты… Ты умирала. Как будто бы по-настоящему. От тебя исходила четкая аура умирающего человека. Тебя исполосовало стеклами и ножами. Почему на тебе нет никаких повреждений?

— Так сон же, — пожала я плечами с совершенным безразличием.

Мимо по ярмарочной площади проходил мороженщик, раздавая всем холодное лакомство, и я взяла из его рук шоколадный рожок, усевшись прямо на зеленый газон.

Морис, устроившийся рядом на траве, смотрел на меня, как на сумасшедшую.

— Почему ты так спокойно на все реагируешь? Тебя только что убили! А ты сидишь тут и… ешь мороженое?! Это нормально вообще?

— Последняя радость умирающего! — с легкой истеричностью заявила я.

Помолчала немного и добавила уже не так бодро:

— После двадцатой смерти подряд перестаешь реагировать на такие вещи, как летящий на тебя грузовик и острые стекла, впивающиеся в тело.

— После… какой? — тихо переспросил Морис. — Двадцатой? А… сколько их тут у тебя всего уже было?

— После тридцатой сбилась со счета, — пожала я плечами.

Морис молчал. Долго. Напряженно. Жаль, что физиономия мейн-куна плохо передавала эмоции, но шоковое состояние Мориса было очевидно.

— В этом заключается суть ловушки, — продолжила я, слизывая верхушку клубничного мороженого. — В бесконечном страдании. Я теневик, и моя Тень очень плотно привязана к телу, она является частью меня, ее нельзя просто так украсть, как у любого другого волшебника. На изнанке же всё шиворот навыворот: там Тень важнее телесности, тело является лишь приложением к духу. В отличие от реального мира, где все как раз наоборот, и без тела не обойтись.