Я промазал, опер – нет

– Пиар во время чумы, – хмыкнул я.

– Это ты про кризис?.. Нет никакого кризиса. Есть только нежелание работать. Привыкли хапать, ничего не отдавая взамен...

– Есть кризис. Семь убитых свидетелей. Плюс маленькая ни в чем не повинная девочка.

– Ты об этом?

Лицо Хряпова было скрыто полумраком, но все же я заметил, как он болезненно скривился.

– Понимаешь, в чем дело, капитан? – через силу, как мне показалось, сказал он. – Кто-то продвигает высокие технологии производства, а кто-то создает высокие технологии убийства.

Не дожидаясь ответа, Хряпов поднялся, подошел к столу, едва заметному в темноте, взял конверт, подал мне.

Из конверта я вынул две фотографии. На одной некий господин был запечатлен с красивой девушкой в ресторане, они сидели за столом, он что-то говорил, а она улыбалась, ножом и вилкой разрезая кусок мяса в тарелке.

– Что это? – с болью спросил я.

Дело в том, что в девушке на фотографиях я узнал Олесю. Ее улыбка, предназначенная не мне, и это счастье быть с чужим мужчиной.

– Не что, а кто, – поправил меня Хряпов. – Мой бывший друг и компаньон, Акимчев Федор Николаевич.

– А с ним кто?

– А ты разве не узнаешь? – чуть ли не с издевкой спросил бывший вор.

– Неужели Олеся?

– Она самая... Фотография старая, еще с прошлого года. Олеся часто бывала в Москве.

– Да, я знаю, она говорила...

Я перевел взгляд с Олеси на девушку, стоявшую за спиной Акимчева на фоне развесистой ивы, рядом с крепким светловолосым парнем. Если память меня не подводила, то это была та самая киллерша, которая улизнула от меня в поезде.

– А это кто?

Мне пришлось встать с кресла, подойти к Хряпову, чтобы показать ему на девушку.

– Не знаю... – забрав у меня фотографии, пожал он плечами. – То есть знаю, видел ее в свите Акима... э-э, Акимчева... Но как зовут, не знаю, не вникал... Но если надо, могу узнать. Если надо. Только зачем тебе это?

– Затем, что эта дрянь убила Олесю, – неожиданно для себя проговорился я.

– Да?! – изумленно встрепенулся Хряпов. – Ты в этом уверен?

– Уверен.

– И кто она такая?

– Она не представлялась...

– Ничего, это нетрудно выяснить.