Я - плата вампиру!

— Я буду тебя ждать, — сонно прошептала Ламия, лаская моё запястье.

— Я приду лишь с рассветом, — ответил с блуждающей улыбкой на лице. — Сегодня полнолуние. Мне нельзя уйти раньше, чем на небе появятся первые лучи солнца.

Так хотелось остаться с ней и плюнуть на весь это мир. Но мои обязанности по защите города никто не отменял. Решил, что после этой ночи, как вернусь домой, предложу Ламии навсегда остаться со мной и принять ипостась вампира. Всей душой надеялся, что она ответит согласием, потому что я уже просто не представлял, как теперь смогу прожить без неё.

Смешно ли это, вампир влюбился в человечку. Укутав спящую девушку в пушистый плед, вышел за дверь комнаты. Всего ночь, и я приложу все усилия, чтобы она ответила мне согласием.

45. Бабушка, божий одуванчик

Ламия

Лестат ушёл, когда солнце уже почти село за горизонт. За всё это время он очень сильно изменился. Стал более внимательным. Пропала грубость и ехидство. Он словно чувствовал меня, давая то, что я только собиралась попросить. Мне было с ним так хорошо и легко, что я ловила каждый миг и сохраняла его в своей памяти.

Старалась не думать о том, что буквально пятнадцать лет, и он потеряет ко мне интерес, так как моё тело уже не будет таким привлекательным, как сейчас. В его отсутствие, пока он ночами контролировал границы города и проверял магический барьер на истончения, я думала о дальнейшей своей жизни. Если честно, то будущее вместе с Лестатом было для меня закрыто. Я не видела его. Ещё несколько лет счастья, а потом — горечь разочарования от расставания и потери единственного мужчины, место которого больше не сможет занять никто другой. Как бы горько мне ни было, но я приняла для себя решение. Когда наши чувства охладеют, то мне нужно будет уйти. Уйти туда, где я не смогу его видеть, слышать и чувствовать. Стереть из памяти вампира уже не получится, поэтому я видела лишь один выход — уйти из жизни. Я совсем недавно узнала, что через магический барьер пройти никто не сможет, кроме его создателя, следовательно, город покинуть у меня не получится. Поэтому, кроме смерти, больше не оставалось другого выхода. Точно знала, что не смогу жить без него. Буду постепенно угасать от тоски и мучить себя воспоминаниями. Так лучше прервать жизнь мгновенно, чем годами чахнуть и копить в себе злобу на горькую судьбу и столь короткий срок жизни людей. Это будет не так скоро, но всё же, когда-то будет, поэтому я заранее настраивала себя, чтобы в будущем было легче принять неизбежное.