Я - палач (том 2)

— Ну кто бы ещё это мог сделать? Всё сходится.

— Да, — Варг кивнул. — Ведь он же мог приказать комиссару.

— Мать вашу, — сказал я оборачиваясь. — Кто это такой? Я про него впервые слышу.

— Громов, ты что? — Инжи удивился. — Это же градоначальник Урбуса, столицы империи.

— И что? Что я ему сделал?

— Хидар Герра хотел отомстить за сына, — тараторил комиссар. — Он обвинял вас в его смерти. И не верил, что парень виновен. Никогда не верил.

Так всегда бывает. Главное, надавить, а потом из них всё лезет сплошным потоком.

Но это не отвечало на мой вопрос.

— Кто это такой, и почему он решил меня убить? — спросил я громким голосом.

— Громов, как ты мог забыть, — Инжи встал поближе. — Это градоначальник имперской столицы и отец Луи Герра.

— А это ещё кто?

— Ну Луи. Тот человек, который… — Инжи замялся. — Который убивал тех девушек из академии каждый месяц. И хотел убить Мари Рэгвард. А ты её спас.

Они, то есть Мари и Инжи пошли на встречу с другом. Я не знал, что это именно тот парень был безумным убийцей.

— Вспомнил, — сказал я. — Тот маньяк, который убивал всех в полнолуние.

— А всех этих несчастных хотели повесить на меня, — возмутился Варг. — Хорошо, что тогда господин Инжи вмешался.

— Вспомнил, — повторил я. — Я ему ещё голову отрубил. А Инжи поджарил его слугу. И папаша решил мне отомстить. Что-то долго? Хотя… те, кто собирался меня отравить, их послал ты?

— Нет, — ответил он и посмотрел на меня.

Я отмахнулся и спросил:

— А при чём здесь Валеран Дерайга?

— Он тоже был заинтересован в этом. Оказывал содействие. Но пока вы в столице, он не мог ничего сделать. А хидар Герра мог. И…

— Вы заодно, — сказал я. — Ладно, пора с вами решать. Потому что я вас слишком недооценил.

— И что ты будешь делать? — спросил Инжи. — Если ты думаешь, что сможешь убить ещё одного хидара…

— Помолчи, — я поднял руку. — Возвращаемся в ресторан. Мне нужен Руссо. А потом, — я потёр подбородок.

— Да, — он кивнул. — Я понимаю. И хотел бы быть в этот момент... подальше.

— А что делать с комиссаром? — Варг показал на толстяка.

Он отползал, наивно думая, что я про него забыл. Нет, не забыл. При виде его во мне просыпалось раздражение. Я ткнул его ногой в пузо, и он упал на спину, как перевернувшаяся черепаха.