Братва

– Сведенья надежные? Проверены? – уточнил Том старательно-равнодушным голосом.

– Без прокола! Как знаете, у меня кормится один крупный мент из конторы. Он и дал цинк. Но наш майор из уголовного розыска, а РУОП им не подконтролен, даже на контакт старается лишний раз не идти. В самостоятельность играют! Известно лишь одно – около заведений фирмы стал периодически появляться голубой микроавтобус с номерами 62-26. Наш мент утверждает, что это передвижная радиолаборатория, принадлежащая РУОП. Не замечали эту тачку?

– Вчера какой-то голубой фургон весь день около «Вспомни былое» торчал, – заявил Том.

– Я еще подумал, что шоферюга в баре кантуется. А вот номера срисовать не догнался. Нынче приглянусь."

"– Будем надеяться, это не пресловутый «Белый орел» нас пасет, – обронил Цыпа, выуживая из моего серебряного портсигара папиросу.

– Хватит болтать зря! – почему-то я чуть было не вспылил. – Давайте дельные соображения. Если, конечно, таковые имеются в наличии.

– Где-то протекает... – высказал вслух мучившую меня мысль догадливый Цыпленок.

– Но за своих девочек ручаюсь. Шпилить на ментов они не станут. За падло!

– А я думаю, что это простая профилактика, пальба наудачу, – Том явно сам мало верил в то, что говорил. Выдавал желаемое за действительное. – Хотя, может, кто-то из розничных торговцев спалился с наркотой и указал на «Вспомни былое», как на источник.

– Товара еще много в заведении?

– Ни грамма. Но на подходе три килограмма ханки. Жду курьера.

– Опий прими, но в торговлю не пускай, – распорядился я.

– Загаси на время. Не в баре, понятно. И вообще никакого криминала у себя не держи. По ходу, нас не только прослушивать, но и шмонать будут. Волыны свои, кстати, здесь оставьте. Про эту фатеру, кроме нас, никто не знает.

Том послушно выложил «ТТ» с запасной обоймой и, задрав штанину, отстегнул замшевую кобуру с «береттой» от лодыжки. Весь арсенал аккуратно пристроил на журнальном столике, зачем-то прикрыв его газетой.

Цыпа поначалу хотел последовать примеру Тома, но передумал – вынутая из-под куртки рука была безоружна.

– В чем дело? – нахмурился я.

– Не сердись, Евген! – Цыпа сидел нахохлившись, чисто как Цыпленок. – Но хотя бы один ствол должен быть под рукой. Мало ли что... На нас ведь не одни только менты неровно дышат.

– Ладушки, – поразмыслив, согласился я. – Волына чистая?

– Само собой. В деле еще не светилась. Ну а ежели спалюсь, буду упираться на том, что на улице подобрал.