Я. Хочу. Тебя.

Пожалуй, вначале я сам буду тебя трахать. Люблю темпераментных баб, -– его мерзкие пальцы обхватывают мои губы, сжимая их. До боли хватает. Так, что точно синяки останутся. Еще и дергает, из стороны в сторону.

– Хотел сразу отдать на всех. Но успеется. Сначала меня обслужишь. Поняла, красава?

Вскидываю руки, упираясь в его твердую грудь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пытаюсь оттолкнуть, но ничего не выходит. Он сильнее. Сильнее настолько, что и на миллиметр не сдвинуть!

Только и остается, что дергаться и мычать.

А глаза сами распахиваются, когда вижу, как оттуда выходят еще пятеро. Таких же уродов.

Становятся за его спиной, скрещивая на груди руки.

И все. Все они смотрят на меня!

Это он что? Их имел в виду?

Ой мамочки.

Кажется, мир за последние сутки совсем слетел с катушек и сошел с ума!

– Чего дергаешься?

Отпускает губы, но тут же резко обхватывает подбородок. Наклоняется надо мной так, что вонь изо рта дешевых сигарет забивается прямо внуть.

– Тебе же лучше. Так я один. Пока. Пока не надоешь или пока мудак твой не расплатится. Но, думаю, надоешь ты мне раньше. Или они все. Скопом. Одновременно. Прямо сейчас!

– Да вы что…

Еде выдыхаю.

Голова кружится. Тело бьет озноб.

– Вы что! За посуду? За мебель? Господи, да конечно же он расплатится! Костя! Да скажи же им! У тебя же есть деньги! Ну!

Или он их завез домой?

Лихорадочно крутится в голове. А они, конечно. Его не отпускали за ними.

Или…

Сердце на минутку замирает.

Черт!

Если он напился и дрался, то мог весь свой вчерашний выигрыш и потерять!

Но ничего… Ничего. Конечно, сумма наверняка немаленькая и так просто ее не собрать, если Костя остался ни  с чем.

Но можно обзвонить всех знакомых. Занять. Я думаю, как-то собрать можно…. Не за час, конечно, И даже не за два. Но… За день, надеюсь, успеем!

– Отпустите…

Уже сдавленно лепечу. Комната кружится перед глазами.

– Мы… Мы все соберем. И расплатимся!

– Конечно, расплатитесь, – фыркает урод, еще больше кривя губы.