Я его достану!

Почему целует меня, но держится при этом как с нахальной журналисткой, которую хочет проучить? Почему столько внимания мне уделяет? Что же у тебя в голове, а?

Может, через месяц ты удачно женишься и будешь смеяться над глупыми журналистами, а над одной рыжей так особенно?

Стоп, Василиса! Включи, наконец, профессионала! Сейчас ты можешь доказать всем на свете, что не зря ешь свой хлеб. Да месяц назад ты и мечтать не могла…

Кощей тем временем орудовал в холодильнике. Мне стало все-таки стыдно, что я его объела. А не надо было сажать меня под замок!

— Ну так что, Василиса, ваш друг помог вам принять решение? — Бессмертный захлопнул холодильник и вернулся в свое кресло, держа в руках запотевшую бутылку воды.

— Помог. Интервью будет сейчас.

Кощей усмехнулся. По его виду было непонятно, одобряет ли он мое решение, но у меня в голове застряла дурацкая мысль: какое бы решение я ни приняла сейчас, оно будет неверным. И я в любом случае останусь с носом! Ну почему он такой умный?! Я просто чувствую, что он все свои шаги на десять ходов просчитывает.

— Вы говорили, у вас вопросы есть? — прервал затянувшуюся тишину Кощей. — Покажите.

Вот черт! Я и сама не заметила, как все это время пялилась на него, точнее говоря, рассматривала его белую рубашку. И так видно, что он в идеальной спортивной форме, но все-таки хотелось в этом убедиться окончательно. Господи! О чем я думаю?! У меня сейчас, возможно, самое важное интервью в моей жизни! Если мне удастся провести его идеально и Кощей нормально ответит на все вопросы…

— Держите! — Я протянула ему свой планшет.

— Сами составляли? — поинтересовался Бессмертный через пару минут после того, как вернул гаджет мне в руки. — Неплохо.

Из уст Бессмертного это прозвучало так, будто я только что взяла Пулитцеровскую премию.

— Стараюсь, Олег Константинович.

Я улыбнулась и мысленно поблагодарила Виолетту. Золотая женщина, если голову за косяки не откусит. Но мне пока везло.

— Ну что, Василиса, тогда начинайте! — проговорил с улыбкой Кощей, и я, краснея, быстро зачитала первый вопрос…"

"Я треть не понимала из того, что он говорил. То есть, конечно, говорил он по-русски и очень складно, с такой изящной непринужденностью жонглируя цифрами, терминами, что я восхитилась. Но понятнее от этого не становилось. «Если ни черта не понимаешь, — напутствовала меня Виолетта перед пресс-туром, — есть два варианта: улыбаться и кивать головой.