И вкус тьмы на губах

– Тихо, леди Джун, не пачкайтесь об него, – шепотом попросил Виктрэм и доверительно добавил: – Если, остыв, не передумаете, позже я ему нос сломаю.

– За что?! – завопил истерично Цветков, всегда отличавшийся тонким слухом."

"Обещание Виктрэма, произнесенное серьезным тоном, развеселило, я засмеялась и откинула голову на крепкое плечо. Гнев вмиг испарился, словно с кипящей кастрюли сняли крышку.

– Не надо, лорд Глау, он этого не стоит. Я верю, что судьба хоть и капризная, но справедливая госпожа, она каждому воздаст по заслугам.

Цветков, болезненно честолюбивый и обидчивый, скрипнул зубами. Я почувствовала себя немного отомщенной.

Потом перевела случайно взгляд на Арчиваля – и вздрогнула. Он довольно улыбался. Что его развеселило? Почему он доволен пикировкой? Будь он на нашей стороне, решила бы, что специально провоцировал кузена на ревность, представив ему моего якобы бывшего жениха.

Я обернулась к Рэму, все еще оставаясь в кольце его рук.

– Лорд Глау, думаю, что мне не стоит идти в музей.

Легкое дыхание мужчины коснулось моей щеки, вызывая легкий озноб. Хмельные ощущения. Безумно приятные…

– Погодите, а как же я? – огорчился Арчиваль. – Как же мои извинения, госпожа Джун?

– Успокойтесь, я их принимаю.

– Разве не хотите услышать, как кается в грехах мой кузен? – внезапно поинтересовался Виктрэм.

И я осталась. Не потому, что хотела слушать лживые заверения Арчиваля, нет. Рэм ясно дал понять, что не желает, чтобы я уходила.

И мы все, за исключением Цветкова, отправились в выставочный зал императорского музея.

Признаюсь, я не строила предположения, что в нем за экспонаты, твердо была уверена, что знаю. В первую очередь на ум приходили регалии монархов – короны и венцы, прочие символы власти, подарки правителей древности своим супругам, мантии и платья, расшитые драгоценными камнями… Что еще может находиться в маленьком музее дворца?

Я ошибалась.

– Уже больше двадцати лет император Константин собирает хищных тварей, живущих в аномальных зонах Тарры, – тихо объяснил Виктрэм.

– Жутковатое местечко, – призналась я, скользя взглядом по застывшим фигурам нечисти.