Гвардия не горит!

К паровозу цепляли устройство, напоминающее огромный плуг, и тянули его по железнодорожной колее, разрывая шпалы. Получалось быстро и без затрат, а восстановить движение без полной замены рельсов и шпал нельзя.

Вдруг кто-то из разведчиков в кузове ударил кулаком по крыше кабины:

– Тормози! Немцы!

Разведчики – народ глазастый, один из них увидел, как в лесок забежал немец. Илья, сидевший в кабине, приказал водителю:

– Остановись.

Илья открыл дверцу, встал на подножку:

– Огарков, это ты фрицев видел?

– Одного, сто метров отсюда, пехота.

У пехотинцев форма серая, у танкистов и самоходчиков – чёрная. Танкисты вооружены пистолетами, у пехотинцев может быть карабин или винтовка.

– Отделение, покинуть машину! – приказал Илья. – Стройся цепью, возьмём немца.

Растянулась редкая цепь, главное – обнаружить след, разведчики на это мастаки, есть среди них охотники. А дальше только вопрос времени. Найдут по следу и возьмут, а сопротивление окажет – уничтожат.

След нашли, и их ждала первая неожиданность – следы были свежие и от нескольких человек.

Получается, Огарков видел последнего из немцев, остальные успели скрыться до того, как разведчики подъехали. Да и кроме Огаркова немцев не видел никто. Ещё секунда, и его бы не заметили. В лесу Илья отдавал команды жестами. Немцы бежали неаккуратно – ветки сломаны, трава примята, причём гитлеровцы понятия не имели о скрытности, бежали не след в след, а каждый строил свой путь. Про минные поля забыли: когда группа идёт след в след, шансов подорваться меньше. И вдруг одиночный выстрел. Пуля сбила ветку, не задев никого из разведчиков. Бойцы сразу залегли. Немцы себя обнаружили, стало быть, оторваться не успели. Да им и бежать-то некуда, лес невелик, ещё двести-триста метров – и он кончится. Значит, решили отстреливаться, не выходить на открытую местность. Разведчик по соседству с Ильёй растопыренными двумя пальцами показал себе на глаза и поднял один палец. Ага – видит одного. Остальные немцы затихарились, выжидают или одного оставили для прикрытия, чтобы красноармейцев задержал. Для немцев такое самопожертвование нехарактерно, у них каждый о себе в первую очередь думает. Кто-то из разведчиков справа по цели дал очередь из «папаши». В ответ одиночный выстрел. Очевидно, плохо у немцев с патронами, экономят. Или другой вариант – нет автоматов. Оба одиночных выстрела были пистолетным патроном, какой используется и в автомате. Винтовка или карабин имеет звук выстрела значительно более громкий.