Группа особого резерва

Трахнулись-то мы хорошо, но не до склероза же…»

Личные успехи. Послушность и аккуратность поставили Короткова на проходное место в федеральный список «партии власти». Высокие знакомства все же сыграли свою роль. И он снова решается на поступок, который с трудом поддавался логике. Он оставляет кабинет на Лубянке и спускается по широкой лестнице, это вместо того, чтобы подниматься к вершине. Он организует нечто среднее между страховой компанией, службой безопасности и инкассационным подразделением. Он убеждает некоторые банки работать через его вновь образованную структуру, используя рычаги давления: документы, которые он собирал, пользуясь служебным положением.

Некоторые банкиры начали просыпаться с глубокой мыслью и болью за будущее человечества: «Слишком много мусора стало в космосе».

Он переродился в один миг, словно готовил себя к этому дню долгие годы. Он стал склонен к личным успехам. У него появился темперамент. Коротков стал забывать, какого цвета и какой размер задницы у фортуны.

Он походил на человека, который долгие годы пытался вспомнить, кто он, и вот получил ответ: человек, который умеет жить по правилам – которые сам и устанавливает.

В этом свете, который пролился на страницы, Алексей Верестников не мог не отметить: «Коротков отчаянно смел… чувствуя силы людей, стоящих за ним». И капля пафоса тут не повредила. «Он – мастер маскировки». И Алексей мог объяснить, почему. «Потому что немногие догадались о его смелости». Он заслуживал награды хотя бы за то, что сам возглавил реальный процесс и привел его к реальному результату.

Он создал стратегически важное место, где ему поначалу не хватало чего-то важного. Он как будто бросил курить. Потом понял – ему недоставало привычки докладывать о проделанной работе. Но он довольно безболезненно и в короткие сроки подавил в себе эту тягу.

– …Доложи.

– Налицо возрождение группировки, которая в 2001 году противостояла бандформированию Рустэма Давлатова, – начал Верестников, доставая из портфеля собранные им материалы.

 – В состав группы Марковцева входили люди с сомнительным прошлым. Я начну с рядового состава.

– Да, – заткнул короткую паузу директор.

– Это двенадцать военных разведчиков под началом лейтенанта Скумбатова. До Скумбатова подразделением командовал старший лейтенант Заплетин. Он пустил себе пулю в лоб, когда на него вышло управление контрразведки. Конкретно этим делом занимался профильный отдел контрразведки.