Гризли

— У меня диагностировано бесплодие. Глубокое повреждение базального слоя эндометрия. Давно.

— То есть секс у вас был, — словно и не расслышав диагноз-приговор, уточнила собеседница, и я кивнула. Еще как был и что это за секс! — Незащищенный?

— Слушайте, я же говорю, что не могу залететь. Ранний аборт с осложнениями. Без вариантов. Это что-то с желудком.

Длинный как-то странно вздохнул за спиной.

— Девушка, человеческий организм имеет свойство восстанавливаться самым неожиданным образом и преподносить нам сюрпризы.

— Ой, да делайте что хотите!

— Когда у вас в последний раз приходили месячные? Они у вас регулярные?

— Нет. И я не слежу. — Я постаралась посчитать, и выходило, что «красные дни» примерно сразу по возвращении из гребаной лесной глуши должны были нагрянуть. Но и раньше бывало, что они у меня неделями запаздывали.

Мой желудок снова принялся скакать и сжиматься, и Антоха все же не выдержал. Сбледнул, торопливо подсунул мне урну и выскочил из кабинета.

— Ну что же… — Доктор перевела на меня взгляд после долгого рассматривания экрана. — Тревожных симптомов я не вижу.

— А я вам говорила.

В кабинет вошла медсестра и вручила врачу бумажки.

— А тут что у нас? — заглянула та в документы. — Ну как я и предполагала. Роксана, уровень ХГЧ указывает на наличие у вас беременности.

— Нет, — шокированно покачала я головой, ощущая себя оглушенной.

— Не будете оставлять?

— Что?

— Нежеланная?

— Этого не может быть, — прошептала я. — Не может, вы понимаете?

— Однако, факт налицо, Роксана.

— Ошибка. Наверняка это какая-то погрешность, или не знаю что такое…

Почти не соображая, на полном автомате я поднялась с кушетки и принялась суетливо натягивать вещи. Как же так… в смысле… это правда? Может быть ею? И что тогда? Что я буду делать? Как скажу гризли? Надо же говорить… Или нет? Вдруг ему это никуда…

— Роксана, осторожнее, вам, может, легкое успокоительное уколоть? Голова не кружится? Давайте я позову вашего молодого человека.

— Не мой… — пробубнила и вывалилась из кабинета.

— Рокси, что? — метнулся ко мне Антоха, прерывая телефонный разговор с кем-то. — Ты чего ревешь?

Я схватилась за свою щеку — и да, мокрая. Стояла и смотрела на него, рассеянно наблюдая за суетой.