Гремучий ручей

При свете дня они могут быть другими, случаются и такие метаморфозы.

– Ваш любимый немецкий писатель, фрау Хельга? – спросил вдруг фон Клейст.

– Иоганн Кристоф Фридрих фон Шиллер, – сказала она без раздумий. Впрочем, не было у нее времени на раздумья.

– Вот, значит, как… – Фон Клейст усмехнулся. – Согласен, великий и очень разносторонний человек, но мне ближе братья Гримм. Я вырос на их чудесных сказках. – Он перевел взгляд на фрау Ирму, и та едва заметно кивнула. Уж не она ли читала ему эти чудесные сказки?

Ольга и сама их читала.

– Вы мне подходите, фрау Хельга. – Фон Клейст погладил поднырнувшую под его ладонь Гармонию. – Люблю образованных людей. Здесь, в дикой стране, это такая редкость!

Ольга стояла напротив него и думала о другом. Она думала о том, почему у нее ничего не вышло, и о том, что ей повезло, что фон Клейст решил нанять ее на работу. Сам решил. А еще ей было страшно.

– Но вы должны понимать, что спрос с вас будет высок, невзирая на ваш возраст. Это особое место. Долгое время оно было незаслуженно забыто, но я здесь для того, чтобы вернуть его к… – Нет, он не сказал «к жизни». Он ничего не сказал, оборвал себя на полуслове и снова посмотрел Ольге в глаза. На сей раз, она оказалась готова. В голове у нее звучала «Ода к радости» фон Шиллера. Этакий заградотряд из слов.

– А что конкретно вам нравится из Шиллера? – спросил фон Клейст и тут же добавил: – Погодите, не говорите! Дайте я угадаю! Вам нравится «Ода к радости», ведь так?

Как?.. Он не сумел пробиться через заградотряд из слов, но сумел почувствовать сами слова. Или все гораздо проще?

– Вы очень проницательны, господин фон Клейст.

– Быть проницательным – это мое… я бы сказал, маленькое хобби. Но и вы, фрау Хельга, полны загадок, как я посмотрю.

Куда он посмотрел? Как много смог увидеть? Наверное, не много, если решил взять ее на работу.

– Никаких загадок, господин фон Клейст. – Ольга улыбнулась сдержанной улыбкой. – Просто нельзя не любить «Оду к радости».

– Наверное. – Он кивнул и в тот же миг потерял к ней интерес. Ольга кожей почувствовала, как исчез тот невидимый щуп, что шарил у нее в мозгу. – На сегодня можете быть свободны. Ирма, займись остальным, мне нужно поработать.