Гремучий ручей

Выходит, не соврал Григорий про охоту. Выходит, фон Клейст и в самом деле решил в одиночку изловить ту тварь. На взгляд Ольги, это был в равной степени бесстрашный и безумный поступок, но что-то подсказывало ей, что немец прекрасно понимает все риски.

Она отступила в тень дома до того, как фон Клейст успел ее заметить. Сейчас, когда в усадьбе царит легкая паника, самое время заняться поисками. Пойди туда, не знаю, куда… Найди то, не знаю, что…

Что же натворила баба Гарпина, заставив ее забыть самое важное? Какой смысл помнить, что ты владеешь ключами от ящика Пандоры, но не понимать, что это за ящик, и где его искать?!

Ящик… Все-таки нужно проверить один.

Григория в сарае ожидаемо не оказалось. Ольга подозревала, что и в оранжерее его сейчас тоже нет. Тем лучше, никто не станет путаться под ногами, никто не станет ей мешать.

Ящик стоял там же, где и раньше – в дальнем углу сарая. Она попыталась сдвинуть его с места, но у нее ничего не получилось, таким тяжелым он был. И навесной замок просто так не открыть. Если попробовать сбить, то потом могут возникнуть ненужные подозрения, а вскрывать такие замки умеет только…

– …Тетя Оля! – послышался за ее спиной сиплый голос.

– Григорий, прекрати меня пугать, – сказала Ольга, не оборачиваясь.

– Вы должны мне помочь! – Григорий взял ее за руку, крепко сжал.

– Что случилось? – Ольга обернулась, посмотрела на Григория снизу вверх. Он был смертельно бледен, от недавней его бесшабашности не осталось и следа. Что-то и в самом деле случилось. Что-то очень страшное. – Митя?… – спросила она шепотом.

– Я нашел место, где его держали. Это водонапорная башня.

– Держали? – Сердце Ольги, которое только-только начало успокаиваться, снова кинулось вскачь. – Его больше…"

"– Я не знаю! – Оборвал ее Григорий с таким отчаянием в голосе, что стало совсем уж жутко.

Ольга осталась стоять неподвижно. Ничего, она потерпит, если ему так легче.

– Кого ты нашел, Гриня? – спросила она мягко.

– Девочек.

– Девочек?..

– Тех пропавших девочек, про которых рассказывала Шура.

– Они…

– Мертвы! – он не дал Ольге договорить.