Грех во спасение

"

"Она принялась читать про себя молитву Пресвятой Богородице, чей образок должен висеть на Митиной груди, конечно, если комендант не распорядился отобрать его. С него станется! Старая хитрая обезьяна! Маша с трудом сдержалась, не произнесла эти слова вслух, боясь разбудить Прасковью Тихоновну. И чтобы отвлечься от мыслей о вероломстве Мордвинова, принялась размышлять о поступке бурята. Лишь бы Цэден не обманул, лишь бы ему удалось спасти Митю. После недавнего разговора с бурятом она почему-то поверила в успех и теперь молила бога, чтобы ему хватило ума, хитрости и изворотливости освободить Митю.

Ротмистр, вероятно, намеренно не захотел поделиться с ними своими планами. И Маша могла только догадываться, что это, должно быть, очень необычный способ, если он предложил им встретиться недалеко от лагеря. Выходит, не боится погони? А почему? Исчезновение опасного преступника, которого стерегут не менее пяти конвойных, пускай даже Цэдену и удастся каким-то таинственным образом их обезвредить, почти сразу же обнаружится. И с десяток казаков тут же устремятся в погоню. А бурят ее, по всему видно, не боится. Как Маша ни ломала голову над этой загадкой, решить ее так и не смогла...

Тайга глухо шумела за берестяными стенами. Маша долго вслушивалась в осторожные шелесты и шорохи. Мелкая лесная живность вышла на охоту. Иногда вслед за осторожным шуршанием следовала небольшая возня и жалобный писк жертвы. Все было как прежде: кто-то успешно охотился, кто-то расставался с жизнью...

Маша вздохнула, положила ладони под щеку, слегка поворочалась, устраиваясь удобнее, и неожиданно быстро заснула.

И ни она, ни похрапывающая рядом казачка так и не узнали, как долго плакала всю эту ночь на груди у своего любимого Васена...

...Рука Прасковьи Тихоновны легла на холку Машиного коня. Девушка вскинула голову. Антон, склонившись к Васене, что-то быстро сказал ей. Охотница кивнула согласно головой, спрыгнула с лошади и, прихватив ружье, ящерицей скользнула между огромных камней и в мгновение исчезла из виду.

Антон повернулся к женщинам:

– Цэден в этом месте велел ждать, но чем черт не шутит! На всякий случай давайте схоронимся в стороне. Не дай бог, казаки нагрянут. Васена упредит, ежели что, но лучше все-таки не рисковать.

Они переправились через неширокую, но бурную речушку, перевалили через небольшую сопку и спрятали лошадей в узком ущелье, заросшем густым ольховником. Потом вернулись назад и затаились в камнях в нескольких десятках саженей от назначенного места.