Грех во спасение

Граф оказался человеком пунктуальным, и экипаж за Машей прибыл ровно за четверть часа до назначенного времени, а уже в десять часов граф Лобанов встречал ее у дверей столовой, где был накрыт стол на двоих.

На этот раз он был не в военном мундире, а в нарядном камзоле, шитом золотым шнуром. И Маша почувствовала себя рядом с ним жалкой и бедной дурнушкой, по ошибке попавшей в эти шикарные апартаменты с блестящим мраморным полом, огромными окнами, по случаю позднего времени закрытыми плотными шелковыми шторами, с мебелью красного дерева, обтянутой тонким бархатом нежного персикового цвета.

Граф заметил Машино замешательство, подал ей руку и подвел к маленькому столику, на котором все было приготовлено для ужина. Лакей разлил по бокалам шампанское. Граф поднял свой бокал и улыбнулся Маше:

– Не смущайтесь, Мария Александровна, выпейте немного за наше знакомство, и вам станет несравнимо легче изложить свою просьбу.

Маша сделала пару глотков, но напряжение не отпускало ее, кроме того, ее сильно смущал взгляд князя, слегка оценивающий, слегка насмешливый.

– Нуте-с, сударыня, в чем же состоит ваша просьба? – Граф не выдержал первым и, отодвинув от себя тарелку с начатым ростбифом, вытер губы салфеткой. – Удивляюсь, как такая нерешительная особа осмелилась требовать аудиенции у Государя! Или вы язык проглотили?

– Нет, язык у меня на месте! – с вызовом произнесла Маша и почувствовала, что совершенно перестала бояться этого человека. – Я намерена просить вас, граф, передать Государю мое письмо, в котором я умоляю Его Величество смилостивиться и позволить мне следовать в ссылку вместе с моим женихом.

– И с каких это пор, сударыня, вы стали вдруг невестой Дмитрия Гагаринова? – с ехидной усмешкой заметил граф. – В свете всем давно известно, что он собирался жениться на Алине Недзельской.

– Собирался, – Маша посмотрела ему в глаза, – но после известных грустных событий Алина отказала Мите.

– Ах, значит, она все-таки отказала вашему Мите? – неожиданно рассмеялся граф Лобанов и, сделав новый глоток из бокала, уже серьезно сказал: – Вот стерва!

Маша удивленно посмотрела на него, а граф опять рассмеялся:

– Не глядите на меня так.