Графиня – служанка (СИ)

Тем более что вчера мне его поведение показалось странным.

В комнате стояла настолько нестерпимая духота — тело стало липким от пота. Надо открыть окно, чтобы впустить хотя бы немного свежести. Стараясь лишний раз не шуметь, чтобы не привлечь к себе излишнего внимания, я прокралась к шторам и осторожно выглянула на улицу. Ничего, кроме утреннего тумана, не было видно. Взявшись за ручку, чуть повернула её и аккуратно потянула на себя створку. Ничего. А ведь только что «видела», как Нора ещё совсем недавно распахивала окно настежь.

Я прощупала деревянную раму настолько, насколько позволял рост: всё-таки потолки в комнате были очень высокими, не чета привычным мне «хрущёвским». Соответственно, и окна здесь были огромными. Зато подоконник — широк и мог позволить с комфортом устроиться на нём, обложившись подушками. Есть! Подушечки пальцев коснулись холодного металла. И ещё. И снова. Похоже, что рамы совсем недавно забили гвоздями, причём явно торопились: настолько неаккуратно была выполнена работа, жуть. Но зачем? Чтобы Нора не выпрыгнула? В таком случае, почему этого не было сделано раньше? Ответа на этот вопрос я не находила. Память ничего не показала. Зато, стоило мне рукой коснуться стекла, как снова услышала в голове «Беги!». Но сказано было так, словно это слово произнесли по слогам. Бе-ги… Бе-ги… Бе-ги… Будто капли дождя дробью их отбивали.

На лестнице послышались шаги. Дядя Дерек? Так. А ведь на меня всегда нападала страшная жажда после снотворного. И вчера я слишком «внезапно» уснула… Мой взгляд снова остановился на графине с так называемым «отваром».

Я быстро подскочила к столику, благо ковёр глушил все мои шаги, наполнила стакан почти до середины и заметалась, не зная, куда его вылить. Меня терзали смутные сомнения, что помимо снотворного в отваре была ещё какая-то дрянь, знатно дурманящая мозги. А мне сейчас нужна была светлая голова, чтобы разобраться во всём. Ладно, под подушку, надеюсь, дядя не полезет. А к утру влага испарится. Если мне повезёт, конечно. Сказано — сделано. Я вернулась к окну, держа в обеих руках стакан, на дне которого осталось немного жидкости.

— Нора? Ты зачем подошла к окну? (Настоящее волнение. Правда) Простудишься же. (Ложь) Тебе не стоит подходить и близко, иначе опять сляжешь. (Правда. Ложь)

Дядя Дерек, а это действительно оказался он, изображал почти искреннюю тревогу, вот только на каждую его фразу у меня в голове словно счётчик щёлкал, уведомляя о правдивости сказанного. У Норы такого точно не было.