Агент немецкой разведки

Пуля вспорола щеку и вонзилась в одну из сосен за спиной.

Сыч резко повернулся и, зажимая рану ладонью, побежал на носочках в сторону землянки, стараясь не шуметь и не оставлять следов. Спиной он чувствовал, что молодой офицер не видит его и не преследует, но все равно не сбавлял шага, пока не добежал до зарослей бузины. Здесь встал на колени, заполз в кусты, отодвинул люк лаза и спустился в землянку. Аккуратно прикрыв за собой люк, прошел до маленького оконца, закрыл его специальными ставнями, зажег керосиновую лампу и, глядя в зеркало, обработал рану на щеке спиртом, замазал ее парафином, после чего наложил марлевую повязку.

Все действия проделывались механически, «на автомате». Когда Сыч закончил с раной, вернулась способность трезво размышлять. И первая мысль была такова: «А ведь начальник армейской двадцать шестой абвергруппы капитан Мишелевский, оставляя меня в прифронтовой полосе большевиков, предупреждал, чтобы я лишний раз не высовывался. Так нет же, поперся! Захотелось себе подарок на день рождения сделать…»

– Ну что ж, вот и получи подарочек, – сказал Сыч уже вслух, с кривой ухмылкой разглядывая в зеркале кровавое пятно на марлевой повязке.

– С красненьким! А ведь могло быть куда хуже, окажись младший лейтенантик чуточку точнее. Не иначе, как второй раз родился!

Сыч поднялся, сходил в «продовольственный отсек», где хранились продукты, которых ему должно было хватить минимум месяцев на шесть при правильном использовании, принес бутылку киршвассера, налил полный стакан и, пожелав себе «всех благ», выпил.

Затем прошел в другую комнату, поменьше, которую он называл «спальной», и повалился на деревянный топчан.

Ипполита Владимировича Липского арестовали в тридцать третьем. Он обвинялся в связях с УВО – националистической контрреволюционной повстанческой организацией – с целью создания Украинской буржуазно-демократической республики. Еще Ипполиту Владимировичу предъявили обвинение в подготовке покушений на секретаря Центрального Комитета коммунистической партии большевиков Украины товарища Постышева и наркома внутренних дел УССР товарища Балицкого.

Органы НКВД Украины припомнили ему, окончившему Николаевский Инженерный институт, и то, что он служил военным Инженером в чине капитана в царской армии, и то, что был женат на графине-полячке. После недолгого разбирательства судебной «тройкой» при коллегии ГПУ УССР с правом внесудебного рассмотрения дел профессору Липскому был вынесен приговор о высшей мере наказания.