Граф Суворов. Том 3

К счастью, снова общаться с подростками мне не пришлось и через полчаса, в которые я просто валялся на койке, залечивая и без того не слишком значительные повреждения. Получится или нет? Спектакль должен был удастся на славу, но судя по поведению девушек я мог и переборщить.

Особенно отличилась Инга, не ожидал я от хрупкой девушки такой решительности. Она же готова была себя убить, лишь бы не выдать секреты рода. Впрочем, СИБовцы не идиоты, половину плана придумали они, да и исполнили на все сто.

— В лазарет его.

 — раздался голос из коридора, и за мной зашло двое с носилками. Ого, значит продолжаем спектакль? Ну хорошо, доставят с комфортом. Я не сопротивлялся, и даже попробовал получить от происходящего удовольствие, представляя, что я падишах которого несут в путешествии личные телохранители.

В медчасти правда все чуть не сорвалось. Доктор, который в начале подбежал ко мне с выпученными глазами быстро понял что я вполне жив, и чуть не выставил меня за дверь, но после короткого разговора с графом Романом, и его фирменного: «слово и дело государевы» мне позволили помыться и даже забинтовали.

— Этот маскарад никого особенно не обманет. — поджав губы сказал врач. — Но ваша тайна останется с вами, можете отдыхать сколько угодно.

— Благодарю, доктор. — кивнул Роман, дожидаясь пока мы окажемся в палате одни. — На камерах мои люди, но веди себя тише. Медики нам не подчиняются.

— Понял. — кивнул я. — Наш спектакль хоть стоил того?

— Более чем. Твоя идея с телом Кондинского дала свои плоды.

Три признания, это в три раза больше, чем было у нас сегодня вечером. Род горд тобой, Александр… и твоих людей никто не тронет. Разберешься с ними сам. — сказал Роман, поднимаясь. — Да… и еще кое-что, все документы поданы еще до нового года. Ты официально Александр Брониславович Суворов, хочешь ты того или нет. Пес государя.

— Предпочту называться цербером Империи.

Глава 14

Первые полдня я просто наслаждался отдыхом. Отоспался за горячую ночку и не самое спокойное утро.

К обеду организм восстановил свои силы и потребовал еды. Говорят, что больной человек есть не хочет. Силы все уходят на выздоровление и даже на переваривание пищи их не остается. Может и так, но многократно разогнанный метаболизм требовал ресурсов для строения и восстановления тела.

И когда обед все-таки принесли, я очень обрадовался. В первые несколько секунд.

— Хм, прошу прощения. — проговорил я, глядя на жидкую кашицу и стакан бульона.