Граф Суворов. Том 3

— Ну то есть в твой же карман, но который у меня хранится. — фыркнул Леха, забирая обратно купюры. — Я все понял, старшой. Урок усвоен.

— Ну и хорошо. Идем. — ответил я, и построив свою роту двинулся на полигон. Уже две недели мы каждый день стреляли из винтовок, пистолетов и автоматов, переделанных под слабые патроны с сохранением массы и габаритов. Смотрелось это конечно странно, толстый ствол с маленькой дырочкой для пули, но особых вопросов ни у кого не возникало.

Большинство просто воспринимало все как данность, я же понимал, что миром продолжают править деньги.

Мы даже гильзы подбирали, для повторного использования, что уж говорить о сотнях килограмм пороха и свинца, которые расходовались на полигоне ежедневно. Как-никак полторы тысячи человек с утра до вечера бахают.

У меня же ситуация получалась еще веселей.

— Александр, подойди. — приказал инструктор, когда мы добрались до стрельбища. — Вот, передали тебе в пользование. Естественно только на полигоне и под присмотром.

Как я понимаю — у тебя личное оружие есть?

— Совершенно верно, с разрешением на ношение от его сиятельства. — не став скрывать очевидное ответил я. Передо мной лежала почти полная копия ручного однозарядного гранатомета и двенадцать цилиндров лишь отдаленно напоминающих снаряды. Взвесил один из них на руке — легкие, меньше пятидесяти грамм.

— Болванка имитатор, с инертным наполнителем. — объяснил инструктор. — перед стрельбами берешь патроны от мелкашки и вставляешь в заднюю часть болванки, вот в эту дырку.

За счет малого веса вышибного заряда должно хватать для тренировок по стрельбе из гранатомёта. Вопросы?

— Я так понимаю, что это не снимает с меня стрельб с пистолетом и винтовкой? — на всякий случай уточнил я.

— Нет конечно, с какой стати? Пока норму не отстреляешь — домой не пойдешь. — усмехнувшись ответил инструктор. — К рубежу, марш.

Я даже не сомневался. Магазины к пистолету — в подсумки на поясе, сам ствол — в кобуру там же. Гранатомет — в нагрудный чехол, гранаты — в патронташе, поперек груди, автомат на ремень трехточку и под правую руку.

Магазины к нему — в нагрудную систему поверх кирасы. Эх, красота, и весит вся эта прелесть не больше двадцати пяти килограмм. Хорошо хоть не марш-бросок.

Когда я выбрал ближайший к инструктору ряд, никто не стал спорить. Парни знали — я забираю это место чтобы отвлечь на себя внимание преподавателя и заодно отстрелять больше сотни положенных патронов.