Граф Суворов. Том 3

С этого момента он наш гость, так что ведите себя соответствующе.

— Итак, он исцелился… — проговорил Мирослав, откинув голову на подушку. — Чудо… очередное чудо, связанное с тобой.

— Пусть будет чудо, я не против. — ответил я, пожав плечами.

— Ты не против. Да… — усмехнулся старик, посмотрев на меня колючим пронизывающим до костей взглядом. — Зачем ты его привел и показал мне?

— Я хочу обменять жизнь на жизнь. — просто ответил я.

— Жизнь твоего друга Алексея? — уточнил Мирослав. — Я слышал он связался с очень плохой компанией.

— Нет. Я хочу поменять свою жизнь, на вашу, ваше сиятельство. — жестко проговорил я, не отводя взгляда от колючих глаз генерала.

— Ты можешь вылечить отца? И хочешь торговать этим? — взревел Роман, подскочив ко мне. — Да я тебя…

— Вы ничего мне не сделаете. — коротко ответил я, даже не поворачиваясь в его сторону. — Если уж раньше не сделали, то сейчас и подавно. Жизнь можно отнять, но ее невозможно заставить передать другому. Только дать добровольно.

— Я могу избивать тебя, могу пытать до тех пор, пока единственным твоим желанием не станет выполнить то, что я сказал.

— И все это ничего не решит. Я буду не в состоянии сделать, а главное на постоянной основе делать то, что нужно его сиятельству. — пожал я плечами и Мирослав понимающе усмехнулся. — И я, и вы понимаете — у меня есть то что невозможно отобрать, но я могу дать это сам. Добровольно. И больше того, то чего я прошу, у вас тоже отобрать нельзя, вы тоже можете мне это только дать, добровольно.

— Твою жизнь? — улыбнулся Мирослав, и в этой слабой старческой улыбке мне почудился акулий оскал. — Почему ты считаешь, что мы можем ее тебе дать?

— Потому что вы до сих пор ее сохраняли, хотя для меня совершенно неочевидно почему вы это делали. Я видел, как вы ко мне относитесь. И это было странно. До последнего времени. — проговорил я. — Тем более странно — признание Романа во мне внебрачного сына Бронислава, незаконнорожденного.

"— О да, с тобой вообще связано слишком много странностей. — кивнул Мирослав, тяжело вздохнув. — Но чего ты хочешь? Чтобы мы выкинули тебя на все четыре стороны, оставили дворянином, но при этом отказались от тебя? Тогда твоя жизнь будет принадлежать только тебе и никому больше.

— Меня это вполне устроит. Тем более что я собираюсь выиграть баронский титул. — пожал я плечами. — Надо же с чего-то начинать.

— Ты удивляешься почему тебе сохранили жизнь.