Граф Суворов

Закончив описание, характеристики и тактику применения я схематично зарисовал машину.

Подписав желтый конверт, я аккуратно сложил листы, приложил к ним собственные документы и рекомендации. В отдельные пакетик сложил ручку, карандаши и линейку, и только после того, как запечатал сверток — поднял голову. Удивительно, но судя по напряженным лицам я справился одним из первых. Даже те, кто закончил — то и дело возвращались к написанному, перепроверяя себя.

С другой стороны — некоторые из парт оказались пустыми, сдать работу раньше срока претенденты не могли, так что оставался один вариант — студентов выгнали за списывание, а я так увлекся что даже этого не заметил.

Нет, поступить безусловно было нужно, но я и так все написал на максимум и накручивать себя лишний раз не собирался, тем более что мне еще предстоит «практика». Вместо того чтобы скучать я погрузился в медитацию и начал накачивать праной все доступные чакры и связывающие их меридианы.

— Внимание, пять минут до конца экзамена. — строго произнес военный, выдергивая меня из медитации. — Подготовьтесь к сдаче работ.

Ему пришлось повторить трижды, и все равно у некоторых из студентов проверяющие забирали конверты чуть ли не силой. Ребят понять можно, для них это возможно самый важный в жизни момент. Сдать экзамены, чтобы получить шанс не просто стать кем-то значимым, а возвыситься сразу перепрыгнув пять ступеней табеля о рангах и получить дворянство.

Вот только и я сдаваться не собирался. Если моя оценка верна — они все получат достойную работу и будущее. А вот я, если не пройду экзамен, рискую оказаться на улице и даже без поддержки государственных институтов. Кто его знает, что будет дальше, возможно мной заинтересуются в тайной канцелярии и тогда меня просто убьют. К открытому противостоянию я не готов. Пока что.

— Построиться в колонну по три! — приказал военный, когда последние документы были собраны и нас вывели в коридор.

По дороге студенты обсуждали попавшиеся вопросы и задания, а я поблагодарил судьбу за малый рост — хоть я и плелся в конце, но зато не приходилось искать дорогу. На меня совершенно перестали обращать внимания, все были заняты собственными переживаниями, и только когда в спортивном зале началась жеребьевка по весу, обо мне снова вспомнили.

— С девочками я тебя поставить не могу.