Господин следователь. книга шестая

Разумеется, я говорил, что по дороге у нас будут и постоялые дворы, и трактиры, но девчонка только фыркала, словно деловой ёжик. Правда, по моему совету прихватила в дорогу копченую курочку (изворчалась, что пришлось десять копеек переплачивать!), вареные яйца (как же без этого?), а по своему разумению напекла пирожков. Похоже, что не только сама пекла, но и задействовала тетю Галю, да еще полдеревни, потому что пирожков оказалось много. Даже с учетом лишнего дня в пути, все нам не съесть!

— Пирожки можно нищим раздать, — предложила Нюшка.

— Так они к тому времени окаменеют, — возразил я. — Нищие себе зубы сломают. И еще кое-что из провизии осталось. А если мы нищих не встретим? Жалко выбрасывать-то. А так, все польза от офицера.

Поэтому, мы все-таки решили взять с собой господина поручика. Устроили его с трудом, но он и тому был рад, а потом принялись кормить.

Поручик по фамилии Салтыков (не знаю, родственник ли певице или однофамилец?) был голоден, но «сломался» на шестом пирожке. Слабак! Правда, перед пирожками был еще и хлеб с салом, и пара яиц.

Объевшийся поручик из вежливости пытался завести с нами разговор, но осознав, что он нам не интересен — я даже представляться не стал, пусть это невежливо, откинулся к спинке и задремал.

А мы с Нюшкой занялись более интересным делом — обсуждали концовку «Обыкновенного чуда». У меня опять-таки получилась смесь Евгения Шварца и Марка Захарова. Министра-администратора в крысу мы превратили, но короля пожалели, хотя по сказке его превращали в птичку.

Мы тут важные вопросы решаем, а поручик Салтыков лезет. Ишь, с барышнями себя веду невежливо. Поэтому, я не стал отвечать на провокационный вопрос.

— Господин титулярный советник, вы меня слышали? — не унимался тот.

Еще ладно, что за рукав не дергает.

Я повернулся в Нюшке:

— Аня, что там у нас с пирожками? Много осталось?

Нюшка — такая умница, сразу же полезла в корзину, покопалась и вытащила пирожок. Вручая его поручику, сообщила:

— Вот, господин поручик, с капустой, почти свежий, четырех дней не прошло. Кушайте на здоровье."

"— Подождите, мадмуазель, — растерялся поручик, уверенный, что он только что вступился за честь дамы, пусть и маленькой, а ему она отчего-то сует пирожок.