Господин следователь. книга шестая

— Сам потом удивлялся — что это на меня нашло? Уж очень разозлился. Пришли ко мне во двор, начали угрожать! Я с первыми двумя в драку вступил, а третьего Анна из строя вывела.

— Ваня, а с тобой все в порядке? — заволновалась матушка. Она даже меня собралась ощупать, проверить — а все ли на месте?

— Со мной — в полнейшем, — заверил я маменьку. — Вот, Анька, Анна Игнатьевна малость ошпарилась. Даже самовар не пострадал. А то, что господа офицеры решили застрелиться — тут не моя вина.

Про визит в дом Сомова и беседу с «увечными» офицерами, закончившуюся тремя выстрелами, решил умолчать.

— Значит, девочка за тебя вступилась?

Я только кивнул. Все уже и так сказано. Говорить лишний раз о том, что Анька, возможно, мне жизнь спасла, смысла нет. Это и так понятно.

— А я-то голову ломала — зачем тебе кухарка понадобилась? А Анна, получается, не только прислуга, а еще и твой друг? И ангел-хранитель, прости меня господи?

— Если такое возможно — то да, — согласился я.

— И что тут сказать? В жизни еще и не то бывает.

Мудрая у меня матушка. Но я в этом не сомневался.

Глава третья

Еще одна семейная тайна

— Какие у моего сына планы на сегодняшний день? — поинтересовалась матушка, отчего-то обращаясь ко мне в третьем лице.

Я призадумался. Планов никаких не строил, надо бы учебники полистать. Еще хотелось побродить по нынешнему Петербургу. Не то, чтобы страстно желал сравнить — насколько этот Питер отличается от того, из моей эпохи, а просто так. Можно бы и на Невский сходить, и на Сенатскую площадь.

Но сначала глянуть — как там моя Нюшка? Это я перед матушкой храбрился, уверяя, что девчонке все нипочем — даже рукопашная с кухаркой, но на самом-то деле переживал. Помню я габариты Матрены — четыре Аньки уместятся. Но насмерть девчонку не убьют, а если поколотят, так ей на пользу.

— Если маменька составит компанию, я бы сходил погулять, — сообщил я. — Прошлись бы немножко, в Таврический сад зашли.

Сказал про сад, и слегка испугался. А если его еще нет? Или, его уже разбили, но посетителей пока не пускают? Когда Чуковский написал стихотворение про мальчика, удирающего от бешеной мочалки?

Я к Таврическому саду

Перепрыгнул чрез ограду,

А она за мною мчится

И кусает, как волчица."

"Вроде, это уже после революции написано.