Горький вкус предательства (СИ)

Тот всё ещё грустит за ушедшем на небеса хозяином, часто с тоской смотрит в тёмное окно, но если Ариша просит поиграть, он не может ей отказать.

Тоскливо не только Принцу, мне тоже не по себе. Никак не могу привыкнуть, но Марк Адамович завещал, чтобы в этом доме не прекращалась жизнь. Мы обещали.

Возвращается Игнат.

– Всё нормально? – смотрю на него внимательно.

– Да, – коротко отвечает он, а потом отвлекается на Аришу, подбрасывает её верх.

Малышка смеётся, я хмурюсь.

– Игнат, не нужно, ей спать скоро.

– Ничего! Сейчас уложим красавицу. Ариша хочет спать?

– Не-не-не, – крутит головой малышка так, что кудряшки разлетаются в стороны.

– А сказку пойдём читать?

– Моть, – требует дочка.

Это сказка про кота Обормотика. Она её просто обожает.

Я купаю дочку, потом читаю ей сказку, укладываю её спать. Когда малышка засыпает, возвращаюсь в свою комнату. Застываю.

В моей кровати лежит Игнат.

– Э-э, – теряюсь совершенно. – Ты почему не у себя?

– Алиса, ну как ты себе это представляешь? Мама же не поймёт.

– А, ты из-за мамы, – выдыхаю с облегчением, хоть мне всё это очень не нравится.

Особенно взгляд Игната, которым он сейчас просто прожигает меня.

– Не только из-за мамы, Алис. Иди ко мне, нам нужно поговорить и…

– Игнат, я… – пытаюсь подобрать какие-то слова.

Он встаёт с кровати, меня смущает его голый торс, я отступаю ещё на шаг к двери, но мужчина не обращает на это внимание. Он подходит ко мне, кладёт руки на мои плечи, ловит взгляд.

– Алиса, – вкрадчиво начинает он.

Он не договаривает, просто тянется ко мне губами. Я понимаю, что он собирается меня поцеловать, а я не знаю, что делать. С одной стороны, я этого точно не хочу, а с другой… Игнат всё же мой муж. И да, наверное, нам нужно попробовать стать настоящей семьёй, хотя бы ради Ариши.

Пока я сомневаюсь, Игнат прижимает меня сильнее, его губы накрывают мои.

Господи, как давно я не целовалась. Я уже и забыла, что это такое.

Только…

Меня продолжают одолевать сомнения, мысли, а это ведь неправильно.

Хотя, когда нас снесло с Ником, это было в тысячу раз неправильнее, но подумать об этом не получалось. Нас как будто тянуло магнитом друг к другу, и силе этой мы противостоять не могли.