Горький вкус предательства (СИ)

И почему-то манит меня именно эта дверь. Я сейчас ощущаю себя той самой женой Синей Бороды, которой было разрешено входить во все комнаты, кроме одной. Но мне ведь никто ничего не запрещал…

Но и не разрешал."

"Иду к лестнице, смотрю вниз. Никого. Тихонько спускаюсь, осматриваюсь. Огромных размеров комната, у дальней стены камин из камня. Обстановка реально напоминает средневековье. Медвежьи шкуры на полу вместо ковров, тяжёлые шторы, дубовый стол у окна. Прохожу дальше, открываю первую попавшуюся дверь. Гардеробная.

Выхожу из комнаты, иду изучать дом дальше. На первом этаже ещё есть кухня, ванная, кабинет. Думаю, если что-то и есть здесь характеризующее хозяина, то кабинет – самое подходящее место.

На столе ничего примечательного кроме подставки с ручками нет. Ящики закрыты на ключ. Поднимаю голову, замираю. Прямо на меня смотрит молодая девушка. Она изображена на огромном портрете в полный рост, как живая. Портрет висит прямо напротив стола.

Рассматриваю внимательнее. Светлые вьющиеся волосы, как у меня. В остальном я не очень-то и похожа. Хотя, это ведь даже не фотография, портрет явно нарисован художником много лет назад. Девушка стоит в белом длинном платье с букетом полевых цветов. На пальце заметно выделяется массивный перстень с изумрудом.

Читаю подпись на картине. Разобрать не могу. Написано на неизвестном мне языке.

– Это моя Элизабет, – вдруг раздаётся голос прямо за моей спиной.

Я подпрыгиваю от неожиданности, поворачиваюсь. Сзади стоит Марк Адамович. Как он мог так тихо войти? Он что, реально призрак, холодеет у меня внутри.

– Ваша жена? – вздрагивает мой голос. Прижимаю руку к груди, в которой сердце стучит, как отбойный молоток.

– Да. Здесь ей примерно столько же, сколько тебе сейчас.

– Я не так уж на неё и похожа, – усмехаюсь нервно.

– Это не важно.

– От чего она умерла? – решаюсь на вопрос.