Горький вкус предательства (СИ)

Никита там, с Ликой. Они занимаются любовью, а Никита смеётся, больно ранит словами.

– Уходи! Уходи! Ты мне не нужна, – летят в спину его слова, как пули.

Падаю. Замерзаю, замерзаю, замерзаю…

Знаю, сейчас я должна почувствовать тёплое дыхание и мокрый шершавый язык на лице, увидеть страшную зубастую морду, которая скоро станет для меня такой родной. Но чудище не торопится меня спасти.

От мороза сковывает конечности, я не чувствую ни ног, ни рук.

Ах, вот и он. Подставляю лицо под тёплый язык. Но почему он такой слабый? Приподнимаю голову и вижу кровь на снегу.

Всхлипываю, ложусь на него сверху, чувствую, как остывает мощное тело подо мной, нас сковывает мороз, и мы замерзаем с ним вместе…

– Алиса, Алиса! – слышу настойчивый зов. – Всё хорошо, малышка моя, не плачь, тише.

Меня кто-то гладит по спине, обнимает.

– Где я? – заторможено оглядываюсь.

– Ты дома. Всё хорошо. Тебе приснился кошмар. Ты плакала.

– Вся моя жизнь уже давно превратилась в кошмар, – невесело усмехаюсь, потирая виски.

– Всё изменится, я тебе обещаю, – смотрит Никита на меня как-то странно.

Но разгадывать головоломки мне некогда.

– Где Ариша? – вдруг вскакиваю, понимая, что дочери нет на кровати.

– Спокойно.

– Где моя дочь, куда ты её дел? – в панике оглядываюсь.

– Тихо, – требует Никита. Достаёт телефон, кому-то звонит. – Смотри, – даёт мне руки телефон на видеосвязи. – Ариша, помаши маме!

Я вижу дочку. Но это не наш дом! Это незнакомая комната. И да, дочка увлечена игрой с другой малышкой, а рядом с ними незнакомая мне девушка.

– Где она?

– Тихо. Это Лиза, помнишь, я тебе о ней рассказывал.

– Алиса, привет, – к объективу ближе подходит та самая девушка с косой. Миловидная, улыбчивая. – Не переживай. С Аришей всё хорошо, они с Соней очень подружились. Мне даже легче стало, так здорово играются эти разбойницы. Ариша покушала супчик и съела банан. Никита сказал, что она их любит.

– Да, – киваю я. – Но…

– Алиса, отдохни. Никита рассказал, что у вас произошло. Но если решишь приехать, пожалуйста, мы будем рады тебя видеть.

Тревога отпускает.