Горький ветер свободы

 – Я ничего ей не сделал! Только дверь запер и сразу ушел!

– То есть хотите сказать, она сама себя покалечила? – рявкнул Данте. Но через пару секунд пробурчал себе под нос: – Хотя она, пожалуй, могла бы.

– Вот видите, – поспешил подхватить дворецкий.

– Ты лучше молчи! – гневно отрезал Данте. – Это в любом случае твоя вина! Какого дьявола ты привел ее сюда?

– Я же говорил, дон Эльванди, именно так я понял ваш приказ, – сбивчиво принялся объяснять, видимо, уже не в первый раз, дворецкий. – Вы сказали временно ее куда-нибудь определить.

– Помолчи! – резко осадил его Данте. – Не зли меня еще сильнее. – Он снова повернулся ко мне и мягко позвал: – Сандра!

Я по-прежнему молчала и не шевелилась. Мне было все равно, хоть ногами бейте.

– Сандра, пойдем отсюда.

Я продолжила смотреть в стену. Это только кажется, что камень однообразный. На самом деле в нем есть разные прожилки, трещинки. Вот одна, похожая на молнию, бежит по стене снизу вверх…

– Ужин для заключенной! – радостно сообщил какой-то новый голос.

Он прозвучал настолько бодро и громко, что ударил по ушам. Я даже вздрогнула от неожиданности, впервые хоть как-то отреагировав на происходящее в камере.

– Для заключенной? – холодно повторил Данте.

Что-то в его тоне и взгляде заставило вошедшего мигом растерять всю бодрость.

– А… я зайду попозже, – осторожно предложил он и, видимо, попытался сразу же выскочить в коридор, поскольку дальше последовал окрик Данте:

– Стоять! – После чего он уже более ровным голосом добавил: – Принес ужин – ставь.

Второй стражник послушно опустил тарелку, наполненную чем-то невразумительным, на пол, совсем рядом с круглым углублением. Заметив это краем глаза со своего места, я с трудом подавила позыв снова расхохотаться. Можно же было сразу выкинуть содержимое тарелки в яму, зачем вообще пропускать его через желудочно-кишечный тракт несчастного заключенного?

– Вон! – коротко бросил Данте, едва тарелка оказалась на полу, и второй стражник поспешил исполнить приказ.

Уверена, оказавшись за пределами камеры, он вздохнул с облегчением.

– Сандра!

Данте хотел снова потрясти меня за плечо, даже поднес руку, но, видимо, увидел кровь на разорванном рукаве и передумал.

Что, накормить меня собираешься? Сам ешь эту гадость, если хочешь. А мне и так хорошо. Я не голодна, хотя, кажется, в последний раз ела давно. И пить тоже не хочу. Вообще ничего не хочу.

Зато похожая на молнию трещина по-прежнему притягивает взгляд.