Горький ветер свободы

Самую обыкновенную ленту, которой я стала затем приматывать магический камень к подобранному с земли обычному.

– Я готовился долго и тщательно, – продолжал Фредиэно. – Вскоре после случившегося я узнал, что на твоей территории ищут магическое месторождение. Рано или поздно его должны были найти, и я взялся за дело. В финансах я разбирался и прежде; теперь было необходимо освоить более узкую специализацию, связанную с камнями. Я это сделал. А также познакомился с нужными людьми, которые в нужный момент снабдили бы меня рекомендациями.

Правда, я немного опоздал: ты взял на эту должность другого человека. Но в скором времени мне все же повезло, и он был уволен, а я попал на его место. Так я проник в твой армон. А дальше понял, что в моем плане не последнюю роль должна играть моя напарница.

– Сандра.

Услышав свое имя, я инстинктивно выглянула из-за кипариса и увидела, что руки Данте сжаты в кулаки.

Именно, – довольно подтвердил Фредиэно. – Я счел, что так будет правильно – чтобы гибель пришла к тебе через твою женщину.

Так же, как моя дочь умерла по вине своего мужчины. По твоей вине. К тому же было очевидно, что северянка является твоим слабым местом. Стало быть, логичнее всего было ударить через нее. Однако я был осторожен, не спешил и быстро понял, что подкупить ее или как-либо еще склонить на свою сторону не удастся. Она была слишком преданна тебе, хоть ты и не заслуживаешь ничего подобного. Зато у нее тоже было слабое место.

– Что ты с ней сделал? – В голосе Данте звучала злость, маска спокойствия окончательно слетела с его лица.

– Ровным счетом ничего, – невинно откликнулся Фредиэно. – В данный момент она спокойно направляется к побережью, чтобы вернуться к себе на север. И правильно делает. Любому мало-мальски приличному человеку не место рядом с таким, как ты. Но ты перебил меня, а я не закончил. Изволь проявлять уважение к моим сединам.

На лице Данте ясно читалось, что он думает о сединах Фредиэно. Он даже собрался было что-то сказать, но передумал, хотя вряд ли из уважения.

Так вот, – Фредиэно был твердо настроен завершить свой монолог, – у северянки было слабое место – рабское клеймо. Узнать об этом не составило труда: это было очевидно. Эмоции Сандры вообще читаются очень легко, будто открытая книга; лицемерие не является ее сильной стороной. И я стал работать. О да, я работал очень серьезно. И мне удалось то, с чем не справился ни один из вас. Я нашел упоминание о способе избавиться от клейма.