Горячий Декабрь

Едва взглянул на приземистое здание, захотелось на него плюнуть и растереть плевок так основательно, чтобы на месте него осталась только кучка строительной пыли.

Вылез из машины, полыхая гневом праведным.

– Ты здесь сиди! – остановил друга.

– Почему?

– На всякий случай.

– На какой?

– Бесишь ты меня сегодня, откровенно говоря. Не хочу, чтобы твоя рожа нервировала меня еще больше.

– Тебя или жену твою? – оскорбился Савелий. – Думаешь, я не заметил, что она меня не выносит? Науськивает тебя, небось, другана своего закадычного бросить! Настроена против чисто мужских посиделок… Знаю я этих баб! Как мужика огребут в сети брака, так сразу давай его строить! Под каблук, нах! Под каблу-у-ук!.

Смотря, как активно возмущался Волчара, неожиданно для себя я заржал.

– Тебе-то откуда знать, Волк? Ты сам женатым не был и не знаешь, каково это, выбрать себе спутницу, любовницу и друга в одном лице.

– Долбоебизм какой-то! Нельзя дружить с тем, кого трахаешь. Нельзя – и все тут. Иначе бы кругом были одни пидарасы заднеприводные…

– Ха.

– О, скажешь тоже! Пидарасина! Король всех пидарасов…

– Ага, а с ориентацией у него все норм.

– Ты с темы съехал, в курсе? Все, чтобы моим фейсом перед женушкой не светить? А-а-а… – хохотнул. – Кажись, я знаю, в чем тут соль.

– Ну?

– У вас, кажется, разлад намечается. Нет ничего лучше, чем в такой острый момент перепихнуться с другом мужа или с подружкой жены. Мстя в квадрате. Мой член сейчас как леденец для сладкоежки… Как сладкий нектар для…

Слушать не стал!

Вылез, хлопнул дверью, показал другу кулак.

Заболтал меня, нахрен! А я, тем временем, беспокоюсь крайне сильно.

Вошел твердым шагом. От взгляда, полного напряжения, даже хваленые решетки на двери едва не оплыли.

– ГДЕ?

– Добрый вечер. Мартина Энгельсовна… у нас… – едва слышно пробормотал полицейский с чайником в руках.

При виде меня он поспешил юркнуть подальше с глаз.

Второй же вздохнул едва заметно, но остался на месте, представился.

– Где моя жена?

– Пришлось задержать Мартину. Было много свидетелей, есть заявление!

Людка, шкура… Сказал же, забери заявление! Не хочет по-хорошему?

Однако развернуться во всю ширь моему возмущению не удалось.

Позади послышался стук каблучков.

– А вы кто? – с интересом спросил полицейский, посмотрев мне за плечо.

– Ситцева Людмила Евгеньевна, – раздалось за моей спиной.

Я обернулся.