Горячие головы

Не хватало только спокойной душевной музыки. Бушуев пожалел, что в номере не полагалось музыкального центра. А включать телевизионные музыкальные каналы себе дороже. Обязательно нарвешься на судорожно дергающиеся тела под такую же судорожную музыку. Какой тут интим, скорее атмосфера психиатрической клиники. Дмитрий подлил вина, а когда Елена поставила бокал, робко взял ее за плечи и прижал к себе. Их лица приблизились. Бушуев нежно поцеловал женщину, обнял и снова приник к ее губам. Теперь поцелуй вышел более страстным.

Дмитрий осторожно наклонил Елену, они долго, словно в замедленной съемке, опускались на диван. Руки Бушуева скользнули под блузку женщины. Дмитрий ощутил ее упругое тело и полностью растворился в охватившем его страстном желании…

— Надеюсь, ты не собираешься повернуться к стенке и уснуть? — шутливо спросила женщина.

— Как ты могла так обо мне подумать! Я все еще хочу тебя. Сейчас немного перекушу, и мы повторим.

— Подай мне бокал и персик, — Елена протянула руку.

— С удовольствием. Ухаживать за такой женщиной — огромное удовольствие.

— Это ты в Америке научился говорить комплименты?

— Трудно сказать. Я над этим не задумывался.

— Я почему спросила. От наших мужиков редко дождешься приятных слов. Они больше стонут и матерятся. А сексом норовят заняться в перерыве между Лигой европейских чемпионов. Потому что футбол поздно заканчивается, а ему завтра рано на работу и надо выспаться.

— Тогда пусть выключит телевизор.

— Я говорила то же самое, но Лига чемпионов раз в две недели, а женщина под боком каждый день. Выбор очевиден.

— Клянусь, что при тебе телевизор всегда будет выключен, — пообещал Дмитрий, склоняясь над женщиной.

Глава 16

Николаю Тумасову было грешно жаловаться на жизнь. Красота — ни в чем себе не отказывать и не иметь никаких обязанностей. А все благодаря заботливой, щедрой и все прощающей мамочке. Нет, отец тоже способствовал беззаботной жизни сына, но косвенно.

Именно он зарабатывал деньги, часть которых перепадала матери. Отец покупал у нее индульгенцию на все грехи, которые совершил и еще совершит. Он вел себя как хотел и за это давал матери право единолично распоряжаться всеми домашними делами, включая воспитание сына, и не ограничивал ее в расходах."

"Мать, с молодых лет привыкшая вести хозяйство, как и прежде, ходила по магазинам, готовила еду, убирала их новый роскошный дом.