Гордый

Никак не могу вспомнить… Я на маникюр записалась?

– Ты специально меня раздражаешь? – легкий поворот головы, но я успеваю заметить негодование в пробирающем мужском взгляде.

– Чисто случайно выходит, – бросаю безразличную фразу в его сторону и вновь утыкаюсь носом в окно.

– Когда твой любовник вернётся?

– Жених, ты хотел сказать? – вру и глазом не моргнув, мазнув мягким взглядом по каменному подбородку, мило хлопаю ресничками пару раз. Для пущего эффекта.

– Сказал то, что хотел! Не провоцируй меня называть вещи своими именами!

Ладно, промолчим, подумаешь.

– Куда ты меня везёшь? – иронично выгибаю бровь.

– Ответ за ответ.

– Прекрасно. «Да, познакомились давно» и «нет, я не в курсе, когда он вернется».

– Ты понимаешь, что он сядет?

Твёрдость карих глаз заставляет пошатнуться мою уверенность. Неужели все так серьезно? Но я все равно наигранно возмущаюсь:

– Из-за каких-то несчастных нескольких миллионов? Не смеши.

Внезапно в сумке начинает вибрировать телефон. Вытаскиваю и смотрю на номер: не определён.

Убираю агрегат обратно, но Гордей удерживает мою руку и в приказном тоне вещает:

– ОТВЕЧАЙ!

Отвоевывает телефон и, не вырывая его из рук, принимает вызов, ставит на громкую. Агрессивно тычет пальцем по экрану.

– Алло? – произношу несмело.

Из динамиков непрерывно льётся голос Олега:

– Привет, детка. Прости, я пропал. Времени в обрез. Собирай сумки, поедем отдохнём недели на две. Билеты закажу, с отелем сам подсуечусь. С детской кроватью решим, не волнуйся.

Шок. Ни мысли в голове. Ни слова не вымолвить.

– Кристина? Алло.

– А она и не волнуется, – с улыбкой в голосе замечает Гордей. – Потому что никуда не поедет.

Тяжелое молчание начинает засасывать в чёрную дыру…

– Пока ты будешь бегать, она побудет у меня. Бассейн ваш мне, конечно, не нужен, но в качестве моральной компенсации и его тоже оставлю при себе. Ты думал, ты самый умный? Вечно не сможешь от меня бегать.

Бассейн ему мой не нужен. Да я в этот комплекс всю душу вложила! Больше, чем с собственным ребенком с ним возилась!

– Меня попробуй.

Вот правильно, Олеж!

– Смешной ты. Ее пока что… – медленный зловещий тон явно предназначен не мне, но мурашки от голоса Гордея начинают осыпать позвоночник точечными покалываниями, – никто ещё не тронул.

Я тяжело сглатываю. Если бы я знала этого человека чуточку хуже, то могла бы решить, что услышанное – лишь пустая угроза. Но он слов на ветер не бросает.