Гордый

А когда мы вошли внутрь…

Ну с закрытым он, может, и не прогадал, тут согласна, но вот с небольшим… да это же настоящее столпотворение!

– Ты очень вовремя, сейчас начнётся, – властно кладёт мою ладонь на сгиб своего локтя и побуждает следовать за собой. Он неожиданно сдержан со мной и удивительно заинтересован происходящим. В моем присутствии Градовский сейчас явно не нуждается. Этот человек поражает с каждой встречей все больше и больше.

– У нас определенная цель?

– Почти, – бросает безразлично.

– Тебе нужно перед кем-то засветиться?

– Нет-нет. Будет лучше, если нас вообще не заметят.

Я в ступоре. Ну ладно. И не такое видели… знаю, как себя вести.

– Сейчас вторая волна начнётся, пора.

Это он мне сказал? Бросил тихо, словно в никуда. Даже не посмотрел в мою сторону.

Честно говоря, Гордей ведёт себя более чем странно… Молча берет меня за руку, ведёт на второй этаж. Кажется, мы продвигаемся на балкон?

О, здесь есть уединенные места. Всего пять сидений, но присутствуем только мы.

"Яркость света чуть-чуть приглушается, заполненный зал замолкает. На сцену выходит коренастый мужчина в строгом костюме. И объявляет о продолжении аукциона. Первым лотом, представленным собравшимся, стала красивая сверкающая диадема. Торги развернулись нешуточные. Баснословную цену, объявленную одним из участников торгов, я даже произносить боюсь.

Гордей все это время равнодушно взирал за ходом сражения, а сейчас дотронулся до моей руки, поднял и уже привычно коснулся губами тыльной стороны ладони.

– Крис, скоро эта скукота закончится, и мы поедем развеяться.

– Да ничего, мне интересно.

Я немного кривлю душой: больше всего меня интересует странное состояние Гордея. Он в нетерпении, словно ждёт чего-то.

Ещё два лота – старинная золотая икона и набор посуды – ушли с молотка.

Выносят новый лот – небольшую фигурку кошки, на спине заметна небольшая дыра, само изделие все в трещинах, предполагаю, что и в многочисленных сколах. Кошка сидит на задних лапах, передние – крепкие, но изящные, а туловище массивное, длинное, с чуть раздутым животом.

Бросаю мимолетный взгляд на Гордея и замираю, не в силах отвернуться. Темные глаза мужчины будто светятся изнутри.