Гордый, жестокий... желанный

С одной стороны, Пенни восхищалась его мужеством, с другой — волновалась за Хлою, если дела пойдут не совсем хорошо. Идя за Санто по извилистой дорожке к дому и крепко сжимая руку Хлои в своей, она начала нервничать.

Девочка, однако, не разделяла ее беспокойства.

— Чей это дом, папа? — с любопытством спросила она.

— Здесь живет мой отец, Хлоя, — ответил Санто.

— У тебя тоже есть папа? — спросила Хлоя. — Ой, я хочу его увидеть!

Сердце Санто колотилось, пока он ждал ответа на стук в дверь. На самом деле он молился, чтобы отца не было дома.

Встреча с ним дастся ему нелегко. Сколько лет он не переступал порог этого дома? Девятнадцать? Двадцать? Его могут даже не пригласить войти, и что о нем подумают Пенни и Хлоя в этом случае?

Наконец дверь открылась, выглянула женщина.

— Да? — сказала она по-итальянски. — Что вы хотели?

— Мой… Синьор Ди Люка дома?

— Да. Как о вас доложить? — Женщина с интересом посмотрела на Пенни и Хлою.

— Я сам доложу. — Санто прошел мимо нее, не обращая внимания на ее испуганное лицо.

Теперь, зайдя так далеко, он не мог дать отцу предлог заявить, что Санто не хочет его видеть. Пенни и Хлоя пошли за ним, все еще крепко держась за руки. Отец Санто сидел в большой гостиной и читал. Он не сразу заметил гостей, Санто смог его разглядеть и был поражен переменой: седые волосы, землистое лицо, похудел и выглядит нездорово.

— Отец, — сказал он по-итальянски.

Антонио Ди Люка поднял голову. Выражение его лица было комичным, но Санто не улыбнулся.

— Ты! — выкрикнул старик.

 — Что ты здесь делаешь?

— Я могу уйти, — заявил Санто.

Ему следовало понять, что это будет пустая трата времени. Отец даже не поздоровался, даже не улыбнулся.

— Я подумал, что после всех этих лет твое сердце смягчилось и ты будешь рад меня видеть. Я ошибся. — И Санто развернулся на каблуках.

В глазах Пенни он увидел панику и пожалел, что привел их с собой. Он должен был сначала прийти один, прощупать почву, прежде чем представлять их.

— Подожди!

Очень медленно Санто обернулся и увидел глаза, такие же, как у него.

Забавно, раньше он этого не замечал. Он всегда думал, что у его отца глаза холодные и злые, и никогда не обращал внимания на их форму и цвет. Теперь он видел, что они того же оттенка коричневого и окружены такими же густыми ресницами, он словно смотрел в зеркало.

— Ты ведь просто хотел посмотреть, жив я или умер, так? — насмешливо спросил старик, кривя губы. — Теперь знаешь. Удовлетворен?

Такого даже Санто не ожидал.