Гордый, жестокий... желанный

Она здесь, чтобы работать, а не наслаждаться интрижкой с хозяином дома, которой почти поддалась, и теперь ее тошнило от одной мысли об этом.

— Если это зависит от меня, то могу уверить вас, мистер Ди Люка, что это никогда не повторится.

Он наклонил голову:

— Да будет так.

— Да будет так, — повторила она, и на этот раз, когда она направилась к двери, он не удержал ее.

Санто улыбнулся сам себе, когда Пенни ушла. Его не удивил ее порыв, разорвавший их объятие; на самом деле он был удивлен, что она вообще позволила поцеловать себя.

Без сомнения, ему понравилось случившееся, она была само искушение: он даже начал сомневаться, было ли хорошей идеей нанимать ее. Другие няни были чопорны и высокомерны, и Хлоя ненавидела их так сильно, что дерзила им. А Пенни его дочь обожала, и он знал, что с ней жизнь в его доме будет куда спокойнее. Поэтому пока ему придется обуздать свой голод.

В середине ночи Санто услышал, как Хлоя зовет маму. После смерти матери ей иногда снились плохие сны, хотя время шло и он думал, что она наконец начала примиряться с ее смертью.

Ему тяжело давалась роль отца. Он с трудом находил слова, чтобы утешить Хлою, наверно, потому, что долго не знал о ее существовании.

Он встал, накинул халат и через минуту был в комнате дочери. Пенни уже была там. Несколько мгновений он молча наблюдал, как она ласкова с девочкой, как легко утешает ее, как будто сама мать, а потом Хлоя заметила его.

— Папочка, мне приснился плохой сон, но Пенни меня утешила.

Он подошел к кровати, бросив взгляд на Пенни и вспомнив поцелуй — как он мог не вспомнить, если от одной мысли зашкаливал уровень тестостерона? Волевым усилием он вернулся мыслями к дочери.

— Тогда я рад, что нашел ее, моя красавица.

Хлоя протянула к нему руки, и он обнял ее, помня о том, что Пенни наблюдает за ним. Слабая улыбка послужила одобрением первому увиденному ею физическому контакту между ними.

— Папочка, можно Пенни поспит со мной?

Легкая боль пронзила Санто. Почему Пенни, почему не он? Однако он знал ответ: он еще не заслужил любовь дочери.

Он посмотрел на Пенни; его внутренности завязались узлом, сильное желание поднялось в нем, как наваждение; надо было уходить, пока он не выдал себя.

— Если Пенни не возражает.

Пенни заинтересованно посмотрела на него и улыбнулась Хлое:

— Только на пару минут, милая.

— Что ж, увидимся утром, — сказал Санто, выходя из комнаты.

Лежа в кровати, он чувствовал, что может повести себя как дурак, если дело касалось Пенни Килинг.