Злодейский путь!.. Том 7 и Том 8 (СИ)

Шен дотронулся до лба и почувствовал под пальцами чешуйки «Венца истины».

— Что? — Ал перевел на него потрясенный взгляд. — Это правда?

— Да, это так, — вновь не смог не ответить Шен, — но позволь мне все объяснить! Он коверкает реальность и подает все в неправильном свете! На самом деле я… — Шен хотел сказать «всегда», но венец не дал ему этого сделать. Всегда? Нет, далеко не всегда он на самом деле был привязан к Алу и относился с искренностью.

— Стой! Хватит! — воскликнул парень. — Ты вновь запутаешь меня своими искусными речами! Ответь мне: тогда, на Тропе тигра, ты пришел за мной, потому что тебе приказали?

— Да.

— И спас меня не потому, что сам хотел?

— Нет, я хотел!

— Хорошо, задам вопрос по-другому… Ты спас меня, потому что беспокоился за мою жизнь или за свою?

— За свою.

По щекам Ала потекли слезы. Он смотрел на Шена широко распахнутыми глазами, и Шен читал в этих глазах, как рушится его мир.

Взгляд его стал совсем пустым, словно из него выкачали все чувства. Но это не продлилось долго: вслед за этим его глаза затопила ярость.

Сила, масштабов которой Ал еще не испытывал, вырвалась откуда-то из его груди и понеслась к Шену. В последний момент тот смог отгородиться барьером, но Ал понял, что ему этого мало. Он чувствовал себя дураком. Он чувствовал себя ничтожным. Единственный раз в жизни он поверил в бескорыстную искренность, но это оказалось ложью. Хороших людей не существует. И Шен — самый подлый из плохих.

Поток чистой, первозданной энергии вырывался из золотого ядра главного героя.

Глава 168. Как весенняя капель

Шен не использовал полноценный защитный барьер — просто не успел его построить. Он и этот-то создал инстинктивно, ощутив несущуюся на него энергию прежде, чем поверив.

Но Ал заставил его поверить. Сила бывшего ученика давила и проминала защиту Шена. Мощь и недовольство главного героя обрушились на него, и у Шена проскользнула мысль, что он мог бы погибнуть сейчас, не надели его Система статусом главного героя.

Шен словно стоял перед лавиной. Лавиной из подросткового максималистичного отчаяния и разочарования. Лавиной его в дребезги разбитого сердца и всей той болью, которая выливалась из него разрушительной светлой энергией.

Какое-то время он еще стоял на месте, затем почувствовал, как ноги скользят по земле. Шен ударился спиной о деревянную жердь, держащую навес, и ненадолго, на секунды, удержался на месте.