Гонки на выживание

— Ну дают! В первый раз, что ли, летите? Ладно, у нас найдется… И пожевать и почитать… Ну а с этим делом, — он прищелкнул себя по кадыку, — сами понимаете… Мужик, видно, был свойский, без фасонов и выпендрежа. Заслышав его зычный голос, из чрева самолета повыскакивали человек восемь загорелых техников, доложили экипажу о готовности самолета к вылету.

— Пройдемся немного, — кивнул старший из провожатых Пастухову и всем остальным. — Есть небольшой разговор.

Они напряглись. Сейчас все станет ясно… — Внимание всем! — сказал провожатый, когда они отошли на приличное расстояние от толстого брюха «Руслана».

 — Последние указания: вылет в шестнадцать ноль-ноль. В девятнадцать сорок по московскому занимаете позиции по номерам.

Двое с оружием — в кабину к пилотам. Третий — к радисту. Четвертый вырубает бортинженера и приставляет ствол. Угрожая хлопнуть его на месте, приказываете командиру изменить курс и садиться вот здесь… — он протянул Пастуху листок с точными координатами.

— Где это? — спросил Сергей.

— Не важно.

Командир сверится с картой и сообразит. Ваша задача — пятая степень устрашения. Действуете решительно, точно, синхронно. Как тогда на шоссе.

Никаких вариантов."

"— Но там же все пишется на «черный ящик»! — воскликнул Трубач. — Каждое слово будет на пленке.

— Верно. Ваши гарантии продуманы. Все команды экипажу — записками.

Прочитано — уничтожить! Все! Никаких следов! Теперь главное — фактор времени.

Начинаете точно в девятнадцать сорок по московскому. В течение последующих двух минут экипаж должен передать на наземный пункт связи международный сигнал бедствия, сообщить об отказе двигателя и просить экстренной вынужденной посадки.

Только это! Ни слова о захвате! Ни слова о террористах! В этом ваше спасение!

Подчеркиваю: сигнал бедствия должен быть включен только в этот промежуток времени — не раньше и не позже. Мы будем отслеживать все. От того, насколько точно вы выполните это указание, будет зависеть ваша жизнь и жизнь ваших близких. Не оплошайте.

— Ну хорошо, а дальше? — спросил Пастух.

 — Мы привели самолет и сели… Пилоты нас с ходу сдают властям и… — Летчикам втолкуете: все вопросы — к ним, на вас — никаких улик, вы и понятия не имеете, почему сели не там. Вы — только охрана, знать не знаете, где оказались. На земле вас задержат до выяснения обстоятельств. Не сопротивляйтесь.

Будут допрашивать — стойте на своем. Дальше вас вытащат наши люди.

— А деньги? — спросил Пастух.

— По возвращении в Москву.

— Свежо предание… — сказал Пастух.